Читаем Банды Чикаго полностью

9 июня 1930 года в подземном пешеходном переходе на углу Рэндольф-стрит и Мичиган-авеню был убит Джейк Лингл. Официально Лингл был криминальным репортером «Трибюн» с зарплатой шестьдесят пять долларов в неделю, но после его смерти вскрылось, что дохода он имел более шестидесяти тысяч долларов в год, ездил на большом автомобиле, владел дачей стоимостью восемнадцать тысяч долларов, играл на бирже и на скачках и жил в роскошных комнатах одного из самых дорогих отелей Чикаго. Выяснилось также, что он был близким другом Аль Капоне, посещал поместье Капоне во Флориде, гордо носил поясной ремень с бриллиантовой пряжкой, подаренный ему Капоне, дружил и с другими главарями банд, обеспечивал крышу игорным домам и другим полузаконным предприятиям, был «неофициальным начальником полиции», и, наконец, был, по собственному признанию, тем самым человеком, который «устанавливал цену на пиво в Чикаго». Но полный размах его связей в преступном мире и секрет его политической власти так и остались неразгаданными. Виновным в убийстве был признан Лео Бразер, убийца из Сент-Луиса – его приговорили к четырнадцати годам, из которых он отсидел десять.

Джек Зута, который, по мнению полиции, и организовал убийство Джейка Лингла, был сам убит 1 августа 1930 года в отеле Лэйк-Вью на озере Немабин неподалеку от Делафилда, штат Висконсин. Зута стоял в танцевальном павильоне отеля и кидал монетки в музыкальный автомат. В этот момент вошли пятеро. Они шли рядом, и в руках у них были: пулемет, карабин, два дробовика и пистолеты. Они выстроились за спиной у Зуты и, когда тот с улыбкой на лице обернулся, нашпиговали его тело шестнадцатью пулями. Зута занимал в банде Морана то же положение, что Гарри Касик и Майк Хайтлер – в банде Капоне, а именно – был главным управляющим публичными домами и кабаре. Мнения Дайона О'Бэньона касательно проституции Друччи, Вейсс и Моран не разделяли. В банковских сейфах, принадлежащих Зуте, полиция обнаружила бухгалтерские записи, отозванные чеки и меморандумы, которые Зута тщательно собирал на протяжении нескольких лет. Из этих документов следует, что общий доход Морана, даже после того, как расстрел в день святого Валентина оставил его без основных помощников, доходил до четырехсот тысяч долларов в неделю. Записи Зуты говорят также и о том, что более ста тысяч еженедельно выплачивалось некоему «М. К.», которого полиция отождествляла с Мэттом Колбом, политиком и владельцем игорных домов – похоже, что он распоряжался деньгами, выделяемыми бандой на покровительство властей. По этим записям выходило, что Зута выделял или ссуживал деньги многим судьям, сенаторам штата и прочим личностям, занимавшим видное положение в общественной и частной жизни. Но эти разоблачения не привели ни к каким последствиям.

23 октября 1930 года, выйдя на улицу из жилого дома на севере Колмар-авеню, пулеметным огнем был убит Джозеф Айелло. В его теле насчитали пятьдесят девять пуль общим весом более фунта. Айелло был вожаком союзной Багсу Морану итальянской банды, которая заняла место группировки братьев Генна. Он соперничал с Капоне за власть в Сицилийском союзе и несколько раз покушался на убийство короля гангстеров. Однажды он подкупил повара в ресторане, чтобы тот подсыпал в суп Капоне синильную кислоту; в другой раз он оценил голову Капоне в пятьдесят тысяч долларов.

После того как Хими Вейсс и его бойцы проникли в Сисеро и забросали бомбами кабак «Готорн», Аль Капоне попытался заключить с северянами перемирие. В сентябре 1926 года представители двух банд встретились в отеле «Шерман». Несколько часов они обсуждали свои противоречия, но все сорвалось после того, как Вейсс начал требовать смерти Скализи и Ансельми, в отместку за убийство Дайона О'Бэньона. Когда Капоне услышал об этом, он сказал Морану: «Я так и с собакой не поступил бы». Когда эта фраза была опубликована в газетах, капитан полиции Джон Стидж прокомментировал ее так: «Нет на земле такого человека, которого Капоне не приговорил бы к смерти, если бы посчитал это полезным для себя». 21 октября 1926 года прошла еще одна встреча гангстеров в отеле «Моррисон», на которой присутствовали делегации всех основных банд, под председательством Макси Эйзена, который избрал карьеру самостоятельного вымогателя-одиночки. Были заключены договоренности о разделе территории по-новому, и установился шаткий мир, впрочем всего на несколько месяцев. После смерти Скализи и Ансельми Моран и Капоне наконец уладили свои противоречия, и их мирную договоренность утвердили около тридцати гангстерских вожаков на встрече в Атлантик-Сити, Нью-Джерси.

«Мы согласны забыть прошлое и начать все заново, – заявил Капоне. – Мы заключаем по этому поводу письменное соглашение, в котором расписался каждый».