Читаем Байки из трюма полностью

– Ахаха! Да вы, бедняги, опечалились – Капитан говорил своим обычным, грубым с хрипотцой голосом. Будто орал на провинившегося матроса – Может и танцы какие с бубнами хотите устроить? Или может кто-то хочет высказаться. Последнее слово, так сказать… – Из дальнего угла, в клетке, раздался приглушенный вопль.

– Ах да, точно – Капитан быстрым шагом направился к клетке – Наша знаменитость!

Он вцепился в клетку и придвинул голову так близко, как только можно, прижавшись лбом к прутьям. Ярость буквально ядом сочилась сквозь каждое слово Капитана. Узник, по другую сторону решётки сделал то же самое, упёршись лбом в прутья, лицом к Капитану.

– О, я бы с огромной радостью открыл эту клетку и забил бы тебя до смерти вот этими самыми руками – Капитан оторвал руки от прутьев, представляя, как душит ими противника – Ты и сам об этом мечтаешь, да? Выйти отсюда и убить меня! Забить до смерти! Ты такой же, как и я! Я же вижу. В тебе нет ни капли страха! Ох и чудная вышла бы драка – Капитан мечтательно закатил глаза, представляя себе это побоище – Но! К нашему общему сожалению, я не такой уж идиот. За тебя обещана колоссальная сумма, так что сиди, приятель – Капитан направился в сторону лестницы и, через плечо, добавил – Желательно тихо!

Подойдя вплотную к лестнице, Капитан остановился и задумчиво пригладил бороду.

– Интересно, на чьей стороне судьба будет следующей ночью?

В наступившей тишине был слышен только стук сапог капитана о палубу и дьявольский, хриплый смех.

Этот день запомнился всем невольникам. Капитан и раньше приходил ночами и забирал одну из девушек наверх, но в последний раз развлечения капитана стоили девушке жизни. И никто не знал, чем это закончится сегодня или кого он выберет. Точно было только одно: Капитан придёт.

Когда солнце село, даже отголоски звуков, присущие трюму днём, затихли. Казалось, замерли даже сердца, скованные страхом перед грядущим ужасом. Никто из присутствующих не смог бы сказать сколько времени прошло с тех пор как солнце село, когда тяжёлые, размеренные удары сапог по скрипучим ступенькам оповестили невольников о прибытии капитана.

Привычным маршрутом он обошёл ряды невольников. Сегодня было на удивление мало ударов палкой – почти никто не спал в ожидании, когда капитан выберет новую несчастную, поэтому капитан просто хлестал всех, кто, по его мнению, слишком гордо на него смотрел, или просто ему не приглянулся. Таким образом, он, следуя неизменному ритуалу, дошёл до дальней стены трюма, развернулся и подошёл к скамейке где ещё вчера была прикована Акеч. Её место так и оставалось пустым.

Капитан затянулся трубкой, будто задумавшись о чём-то. Затем оглядел девушек на скамье. Без Акеч на этой скамье их осталось четверо. На каждой он задержал взгляд и, недовольный результатом, перешёл к последней. Она была самая юная из них. Кожа не совсем чёрного оттенка, почти светлая, лет четырнадцать на вид, но фигура уже явно женская, с выраженными округлостями. Капитан навис над ней на секунду, выдохнул в лицо дым, схватил за руку и дёрнул. Девушка не двинулась с места.

– Так! Слушай сюда, черномазая шлюха! Сейчас ты пойдёшь со мной наверх и будешь делать абсолютно всё что я тебе прикажу, а потом ты сделаешь то же самое для каждого из моих ребят, и, если господь смилостивится, ты возможно дотянешь до утра. Всё поняла?

Она явно не поняла ни слова, но поняла тон. Она посмотрела в лицо капитану, начала истошно вопить и вырываться. Несмотря на пару сильных ударов, она не останавливалась ни на секунду и даже когда её ударили в третий раз и она упала, она продолжала кричать и дёргаться в конвульсиях. По внутренней стороне её штанины расползлось жёлтое пятно.

Он несколько раз со всей силы ударил ей сапогом в живот, а когда она закашлялась, с размаху пнул в голову. Звук ломающейся кости будто заполнил собой весь трюм. Одним невольником стало меньше.

Капитан прошёл среди рабов, осматривая каждого, заглядывая в глаза, надеясь увидеть в чьём-то взгляде вызов, но, все глаза были опущены вниз. Он шумно выдохнул кислый запах табака и направился к лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Уже преодолев первые пару ступеней, он вдруг остановился, всматриваясь в закуток сразу за перилами. Его брови поползли вверх, будто бы он впервые увидел двух детей, что прятались за лестницей всё это время. Мальчика и девочку.

Он протянул руку к девочке и взял её за плечо. Баако только начинала формироваться как женщина. Маленькие груди, упрямое личико. Лет тринадцать на вид, не больше. Капитан осмотрел её с ног до головы будто товар на витрине и, хищно облизнув губы, произнёс:

– А я уж думал, что мне сегодня не достанется ничего на десерт!

Баако расплакалась, а Камо изо всех сил пытался вырваться из цепей, в то время как Капитан закинул девочку на плечо и с каждым шагом всё дальше уводил её от теперь уже кажущегося безопасным трюма.

«Освободи меня».