Слава богу, я вовремя успеваю прикусить язык и не сболтнуть ничего лишнего о споре, который и сделал меня такой жутко известной.

Прикладываю ладони к щекам и шумно выдыхаю.

Ничего против выдающегося мужского достоинства Харда не имею, как и против наших отношений. Наоборот, Томас делает меня живой и наполняет мою жизнь яркими, противоречивыми красками и совсем неважно, что виной тому один омерзительный спор.

– Простите… – я не хотела никого обидеть! Просто не смогла сдержать эмоции.

– Конечно, проведи столько времени и в таком близком контакте с Хардом, рехнешься, – серьезный тон Сары и каменное выражение лица, пробивает меня на дикий смех неандертальца.

Девушки поддерживают мой припадочный полувизг, полусмех и позволяют себе выпустить и свои эмоции наружу. И становится как-то легче…

– На период моей работы в библиотеке встречаемся два раза в неделю в это же время, на этом же месте.

Крепко сжимаю ладонь Элис и Лоры, что сильно удивляет эту неприступную, но одновременно хрупкую девушку.

Не обделяю вниманием и Лою с Сарой, девушек, без которых я бы не решилась создать этот клуб по интересам.

– И этим же составом!

Будем обсуждать как завоевать опасных, но желанных мальчиков. Самое интересное и в то же время пугающее, мне почему-то кажется, что это клуб – одиноких душ и сердец, которым отчаянно не хватало настоящего и живого общения…

Главное, чтобы Хард ничего не узнал!…

Глава 18. Том

От прежнего Томаса Харда ничего не осталось. Одна высокомерная и самодовольная оболочка парня, который окончательно начал утопать в странном подобии отношений как в трясине. Я потерял контроль над ситуацией и позволил какой-то девчонке слишком глубоко проникнуть в мою жизнь.

До Льюис ни одна девушка никогда не ночевала в моем доме и уж тем более не спала в моей постели как гребаная королева, раскинувшись на всю кровать. Нагло заявилась ко мне домой под видом моей второй половинки и стоило входной двери закрыться, как невинная Майя превратилась в настоящую провокаторшу. И именно эта черта ее характера сносит мне на хрен голову: Льюис не боится перечить мне и ставить на место. Намеренно выбешивая меня, голубоглазая тихоня знает, что я не причиню ей вреда и после недолгого спора проиграю в словесной перепалке, просто потому что слушать стоны Майи приятнее, чем недовольные крики. И она подсадила меня на секс с ней! Эта неприметная белая овечка в книжной пыли и знающая обо всем на свете сделала меня зависимым от интимной близости с ней. Я стал жадным и ненасытным, постоянно желая Майю Льюис.

Проникла в мою личную жизнь. Личные проблемы. Льюис видит меня насквозь, но она не оценила моих доблестных попыток выйти на разговор о моих отношениях с отцом. Где-то в глубине души мне отчаянно хотелось все рассказать и получить поддержку и сочувствие, потому что только Майя способна понять меня. Но эта голубоглазая чертовка плевать хотела на мои жалкие старания.

Господи, да что со мной происходит? Я действительно нуждаюсь в поддержке этого маленького, обаятельного гения? Очевидно, что я окончательно разучился думать мозгами и иду на поводу у собственного члена, напряженного и желающего избавиться от этого распирающего чувства в паху! Не помогать же я пришел Льюис, отбывая наказание в библиотеке?

– Ты то здесь, что забыл Хард? – Льюис оборачивается через плечо и окидывает меня быстрым, незаинтересованным взглядом от которого неприятные мурашки бегут вдоль позвоночника.

Совесть сжирает меня изнутри и по доброте своей душевной я решил тебе помочь, но кажется, она снова не оценила моих стараний.

Проклятье! Почему я ищу одобрения этой девчонки?

Майя сидит на коленях, перебирая пыльные книжки в старых, потертых коробках. Игнорирует моё присутствие и открывает мне прекрасный вид на свою очаровательную задницу. Платье чертовки достаточно короткое, чтобы подол безобразно задирался при любом движении. Дьявол!…

– Решил помочь, – топчусь на месте, разглядывая корешки книг, чувствуя себя полным идиотом.

– Можешь начать с той коробки, – кивком головы Майя указывает на закрытую книжную коробку и возвращается к своим делам. Кажется, она не в настроении. И с каких пор меня это волнует?

На разговор Льюис не настроена. Она достает из коробки книги и раскладывает их по стопкам в зависимости от специализации. Мне никакого внимания! Другие девчонки дышать переставали, стоило мне появиться в их зоне видимости, а этой стерве книги важнее, чем мой благородный поступок и я.

Подавляю злость, и острое желание отпихнуть к чертовой матери коробку с книгами в другой конец библиотеки. Тогда Льюис точно меня убьют и надежда на разговор будет безвозвратно потеряна.

Если мы не занимаемся сексом – нам не о чем разговаривать и это жутко отвратительный факт.

Сажусь на корточки и распаковываю хиленькую коробку. Пыль оседает на лице и волосах, неприятно щекоча нос. Незнакомые книги небрежно лежат поверх друг друга. Уподобляясь Майе, аккуратно раскладываю книги в стопки на полу.