Читаем Bad idea полностью

Чертовка гордо вскидывает подбородок и соблазнительно подпирает руками грудь, очертания которой отчетливо виднеются под спальной футболкой. Взглядом прохожусь по ее телу, подмечая, что сморщенные от возбуждения соски проступают через ткань. Ноги покрылись мурашками. И снова ощущение дежавю, когда она стояла передо мной в одной сраной кофточке в загородном домике, одним своим видом умоляя прикоснуться к ней.

Как с одной девушкой может быть связано столько воспоминаний?

Преодолеваю расстояние между нами и беру её лицо в свои ладони. Голубые глаза Майи приобретают насыщенный темный оттенок, и я впервые понимаю, что давно потонул в её океанах. С необъяснимой нежностью увлекаю чертовку в поцелуй. Двигаюсь намеренно плавно, целуя без натиска, еле касаясь вкусных губ, чтобы дать Майе шанс отстраниться, если она того желает, злясь на моё бесцеремонное вторжение. Но она не желает и льнет ближе.

Чувствую жар любимого тела и скольжу руками к тонкой шейке, отклоняя голову назад и выцеловывая каждый миллиметр кожи – теплой, гладкой, вышитой капельками влаги, как бисером. Она действительно только из душа. Вода застыла в ключичных ямочках, которые я вылизываю, напиваясь каплями с бархатной кожи как утопающий, нуждаясь в Майе сильнее прежнего. Голубоглазая нимфа тихо постанывает, путешествуя ладошками по моей спине и волосам. Сжимает их в кулак и оттягивает, заставляя меня рычать ей в шею и тактильно ощущать знакомую дрожь её тела. Меня охватывает дикое и необузданное желание.

В голове крутятся тысяча образов, которые я копил все эти несколько дней в разлуке с ней, едва позволяя представлять – копна светлых волос высвобождается из тугого хвостика, руки нащупывают стройную талию, губы Майи приоткрываются, нашёптывая моё имя. Вот в чем я нуждаюсь сильнее всего – в моем имени на сладких устах произнесенного обреченным голоском.

– Том… – вся трясется в моих объятьях. – Я соскучилась… – она даже не представляет насколько сильно я соскучился по ней, но у меня есть миллион способов рассказать ей об этом. Разворачиваю Майю к себе и вжимаюсь грудью в её спинку, обшаривая ладонями тело под футболкой. Чертовка врезается задницей в мой пах, терзая меня и проверяя на прочность мою стойкость.

С блаженной улыбкой на губах Майя откидывает голову мне на плечо, отчего футболка слегка задирается, обнажая живот. Легким движением соскальзываю по животу, забираясь ладонью между ног Майи, ощущая её горячке возбуждение, остающееся на моих пальцах.

– Настолько сильно соскучилась по мне, девочка? – сладко мычит, пока я нежно перебираю влажные складочки, едва задевая клитор и слушаю как дыхание Майи учащается. Ей много не нужно. Само моё присутствие и возможность оказаться в моих объятьях заводят Льюис сильнее, чем она хочет себе признаться.

– У тебя ведь закончились? – тереблю зубами мочку уха и осыпаю влажную шею мелкими поцелуями.

– Угу, – невнятно бормочет и мотает головой.

– Ты была без трусиков всё это время? – Если она скажет да, я на хрен сорвусь с цепи и буду терзаться мыслями о том, что мог бы делать с ней в безвозвратно утерянные дни. Круговыми движениями распределяю липкое возбуждение по горячему лону, заключая между пальцами комочек нервов и двигаюсь ниже.

– Сняла их перед твоим приездом, – похабно лыбится и даже несмотря на то, что ее глаза закрыты, знаю, что они горят ярким и самодовольным блеском победительницы. В моем арсенале тоже есть штучки, возвеличивающие меня. Средним пальцем с требовательной нежностью проникаю внутрь Майи, дурея от такого насколько она горячая и мокрая.

– Ты не могла знать наверняка что я приеду, – волновыми толчками размеренно двигаю пальцами, толкаясь глубже и интенсивнее.

– Ты предсказуем, когда дело касается меня, Том… – палец предательски мечется внутри Майи и бьется о бархатные стеночки, заставляя мою девочку прогнуться в спине и извернуться в моих объятьях.

Маленькая сучка. Но она абсолютно права! Я перестаю разумно мыслить, когда речь идет о Майе. Меня волнует только близость её нахождения ко мне и комфорт.

– Я соскучился по тебе, Майя, – стоило сказать об этом с самого начала, но голубоглазая нимфа давно научилась понимать меня без слов. «С действиями у тебя дела обстоят лучше, чем со словами». Льюис открывает свои глаза цвета чистого неба и поворачивает голову в мою сторону, одаривая счастливой улыбкой. Кажется, я могу простоять так целую вечность – мучительно медленно ласкать свою девочку и тонуть в горных озерах на дне которых зажигаются огоньки похоти от малейшего движения.

Тонкие пальчики Майи цепко сходятся на моем запястье. На секунду мне кажется, что она оттолкнет меня, но вместо этого трепетно поглаживает тыльную сторону ладони и начинает медленно, слегка нелепо, но трахать сама себя при помощи моей руки. Что стало с застенчивой скромницей? Я окончательно испортил её и это достойный повод для гордости.