Читаем Бабочка в гипсе полностью

– Ладно, ладно, – запищала я, – говори, что делать?

– Освободить Медведева! Сейчас!

Мне стало страшно. Не стоило ехать одной в трактир. Снайпер явный псих.

– Уже вечер, – осторожно напомнила я.

– Пяти еще нет, – возразил стрелок.

– Ты хочешь спасти Филиппа, – протянула я, – попытайся понять, что его не отпустят без веских доказательств невиновности.

– Я буду убивать по человеку в день, – равнодушно сообщил о своих планах киллер, – и отстреленными ушами не обойдется.

Мои ноги приросли к тротуару, я оцепенела, кровь хлынула в голову.

– Послушай, как мне тебя называть?

– Альфа, – представился снайпер.

Я обрадовалась: если между вами и преступником возникает хотя бы намек на личные отношения, появляется возможность договориться.

– Альфа, убийства не помогут Медведеву, тебя поймают, Филиппу никогда не видать свободы. Почему ты решил, что он не виноват?

– Я это знаю. Его подставили!

– Отлично. Кто?

– Не знаю.

Я постаралась сдержаться. «Знаю – не знаю», нет, он точно умалишенный, а я совершаю редкостную глупость. Надо, продолжая беседу, попытаться соединиться по своему мобильному с Пашей или Максом.

– Хорошо! – бодро воскликнула я, вытаскивая из кармана новую трубку. – Объясни, на чем основана твоя уверенность…

– Лучше тебе никуда не звонить, – прошептал Альфа.

Я выронила телефон.

– Ты меня видишь?

– Наступи на мобилу и раздави, – приказал Альфа.

– Трубка дорогая! – заныла я.

– Ладно, это твой выбор, – ответил снайпер. – Мужика или бабу снимать?

Я изо всей силы топнула по своему сотовому, раздался треск, аппарат развалился на части.

– Можно хоть симку взять? – вырвалось у меня.

– Бери, пока не отсырела, – милостиво разрешил киллер.

Я живо наклонилась и с радостью поняла: кусочек с чипом лежит не в грязи, а на обломке пластика, и, похоже, он не поврежден.

– Больше никаких фокусов, – предупредил снайпер. – Если ты всем расскажешь, что Филипп не виновен, его освободят.

– И кто мне поверит? – вздохнула я. – Только не заводи снова речь об убийствах. Да, ты можешь напугать ментов, они договорятся с управлением исполнения наказаний, Филипп очутится на свободе, но только до того момента, как тебя поймают. Если хочешь освободить Медведева, найди настоящего киллера. Но все улики против Филиппа.

Альфа неожиданно сказал:

– Была экспертиза по пулям. Установили, что их выпустили из двух разных стволов. Первый подбросили Медведеву, а со вторым киллер расстаться не смог. Он его спрятал. Если я тебе подскажу, где искать винтовку, отнесешь ее в «Желтуху»? Расскажешь журналистам правду, тогда истинного убийцу не отмажут.

– Если ты столько всего знаешь, почему сам не идешь в ту же «Желтуху»? – спросила я. – Если изъять улику не по правилам, без понятых, ее не примут в суде. И мои действия расценят как кражу.

Альфа молчал.

– Эй, ты где? – окликнула я его.

– Есть мужик, – продолжил Альфа, – богатый. Высокопоставленная сволочь. Менты не захотят с таким связываться, у него связи выше некуда, ему все сойдет с рук, но он зарвался, пять убийств не шутка. Наверное, адреналина ублюдку не хватало, вот он и начал по людям палить, щекочет ему нервы чужая смерть. Такую серию никому не простят, и киллер это просек, оттого и подставил Медведева. Фил дурак, польстился на винтовку, на то и был расчет. Еще, думаю, следователю Белову забашляли, вот он и прикрыл глаза на улики, не заметил кое-что. И Валентина свой кусок получила. Понимаешь?

– В общем, да, – выдохнула я. – Ты боишься, что снайпер, обладающий богатством и властью, выдернет хвост из капкана, если к делу подключится милиция. Но с какой стати ты тогда отстрелил ухо Вале? Привлек внимание тьмы служивых людей. Где логика?

Снайпер понизил голос до шепота:

– Медведев не признался, на него давили, но он не сдался. Белов прокололся, очень уж хотел из-под удара своего покровителя вывести, поэтому и предложил подследственному сделку: тот берет на себя всю серию, а следователь гарантирует, что не будет пожизненного заключения. У Василия Белова внучка инвалид, родилась с церебральным параличом, в России таким детям плохо помогают, а вот в Израиле их могут поставить на ноги. Цена вопроса – более ста тысяч евро. Откуда у простого следака бабло?

– Уж не с зарплаты сэкономил, – признала я.

– Вот-вот, – согласился стрелок. – Внучка Белова в Иерусалим смоталась, теперь ходит, как человек. Отстегнули Ваське бабло, и он Медведева обманул, тот на пожизненное пошел. Теперь скажи, менты признают, что следак взяточник? Да еще и подлец! Филипп упорно твердил: «Я не виноват», он мог строчить письма куда угодно, попытаться оправдаться. Ясно?

– Ага, – протянула я, – настоящему преступнику шум не нужен. Не исключена возможность, что в какой-нибудь инстанции отыщется честный человек, который усомнится в справедливости приговора.

– Доперло, – выдохнул Альфа. – Филиппа убьют на зоне, вот почему его надо срочно оттуда вытащить. В бараке зэка пришить легко, комар носа не подточит.

– На воле он тоже будет в опасности, – возразила я.

– Нет, я его спрячу! – возбужденно заявил снайпер.

– Значит, он твой друг, – сказала я.