Читаем Бабки царя Соломона полностью

— Что такое приве? — занервничала я. — Кто такой Берлуччи?

— Самый пафосный производитель мужских костюмов, — затараторила Елизавета. — Наиболее дешевая пиджачная пара у него стоит три тысячи долларов, но это так, в курятнике навоз убирать. У Берлуччи одеваются звезды, политики и просто очень богатые люди. А слово «приве» на лейбле перед его фамилией означает, что прикид выполнен по особому заказу, его шили не в Азии, а в Милане, в ателье модельера, который сам ткань кроил. Сколько может стоить подобная шмотка, не знаю. Очень дорого. Ну и мужик у тебя!

— Нет у меня любовника, это сорочка Ивана, — тяжело вздохнула я.

В трубке повисло молчание.

— Ау, Лизавета, ты здесь? — спросила я.

— Как у тебя в руках оказалась рубашка Вани? — звенящим голосом поинтересовалась Кочергина. — Он что, ее снял?

— Гениальная догадка, — захихикала я, — ты на удивление прозорлива.

— Как ты могла! — всхлипнула Лиза. — Мерзкий поступок! Ты испортила…

Лиза замолчала. Я впала в изумление. Коим образом Лизавета узнала о происшествии с утюгом? Ведь никого, кроме нас с Иваном, в квартире нет. И в ту же секунду пришло озарение. Квартира! Таня, сегодня ты называла себя козой, и это правильно. Жилплощадь-то оперативная, вся набита камерами, микрофонами, за нами с Иваном Никифоровичем можно легко наблюдать издалека. Как хорошо, что я купила неудобную, но очень красивую шелковую пижаму с колючим кружевом. В обычной байковой я смотрелась бы намного хуже.

— Ты разрушила нашу любовь, — вдруг сказала Лиза.

— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.

— Ваня мне намеки подавал, смотрел с интересом, один раз печеньем угостил, все шло на лад, а ты влезла между нами, переспала с ним! — заорала Кочергина.

— Кто с кем переспал? — оторопела я.

— Хватит прикидываться! — взвизгнула Лиза. — Поселилась с мужиком в одной квартире… Глупость идиотская, не было такой необходимости. Я еще подумала, в чем смысл супружеской парой прикидываться? Ты сбрендила. Но теперь мне понятен твой план — ты хотела влезть к шефу в койку. Сергеева, ты дура! Ваня тебя бросит сразу, как только в офис вернетесь. И никакими рубашками его любовь не вернешь. Нет любви между вами. Он просто, как все здоровые парни, не пропустил то, что само в руки прыгало. Ну как ты могла моего мужика соблазнить? А я еще считала тебя подругой!

Тут только до меня дошло, что слова про снятую шефом рубашку Кочергина поняла самым неверным образом. Вместо того чтобы разозлиться и прервать разговор, я отчего-то почувствовала себя виноватой и стала оправдываться.

— Идея изображать супругов пришла в голову Ивану, мне пришлось подчиниться его решению. Сорочку он скинул и бросил в бачок для грязного белья, а я ее постирала. Никаких интимных отношений у нас нет, не было и никогда не будет.

— Хватит врать, Сергеева, — перебила Лиза, — постороннему мужику вещи не наглаживают.

— Я хотела завязать с Иваном дружбу, — призналась я. И мигом прикусила язык. Ни в коем случае нельзя рассказывать о том, что я собиралась расспрашивать шефа о Гри.

— Продолжай, — потребовала Лизавета.

— Таня, я чай заварил! — крикнул из кухни босс.

— Чай заварил? — всхлипнула Кочергина. — Отлично. Ты ему сорочку, а он тебе кофе в постель подает!

— Чай, — машинально поправила я. — И он не в койке, а на столе.

Из трубки полетели частые гудки.

Я уставилась на телефон.

Веселый вечерок получился: курица в стиральном порошке, прожженная рубашка плюс истерика Кочергиной.

— Что ты собираешься сегодня делать? — спросил утром Иван, когда я налила себе кофе.

— Отправлюсь к Гришкиным, посмотрю, как они ведут себя после смерти Елены, — сказала я. — А ты чем займешься? Продолжишь изображать изгонителя порчи на фирме?

— Пока от моей деятельности никакого проку нет, — самокритично признал босс. — И вообще не очень-то мы продвинулись в расследовании.

У меня затрезвонил телефон, на экране высветилось имя «Роберт», я схватила трубку.

— Что ты узнал?

— Пока немного, — признался Троянов. — Но есть интересная информация. Главным администратором в спа-салоне Макара работает Майя Отпадова. Забавная фамилия показалась мне знакомой. Сначала я не мог сообразить, где ее слышал, потом вспомнил. Отпадова была изображена на одной из обложек журнала «Мужчина и женщина», она «валентинка» Сидорова. Открой айпад, я прислал тебе ее фото.

Я выполнила просьбу Роберта.

— Ну и как тебе тетушка с ресепшен? — спросил компьютерщик. — Я имею в виду внешне? Ничего странного не замечаешь?

— Вроде нет, — пробормотала я, разглядывая грузную молодую женщину с квадратным лицом. — Правда, меня удивляет, чем такая, мягко говоря, не красавица понравилась Валентину.

— Тань, ты давно посещала салон красоты? — поинтересовался Роберт. — Делаешь косметические процедуры, всякие там обертывания, массажи, краску-укладку волос, маникюр-педикюр?

— Из всего тобой перечисленного только последнее, — призналась я. — Хожу в обычное, не пафосное заведение около дома, там недорого, работает хороший мастер Танечка Краснова.

— И как у них выглядит девушка-администратор? — уточнил Троянов.

Я напрягла память.