Читаем Аврора полностью

— Располагайтесь-располагайтесь, — сбросил стопку документов с кресла хозяин дома, — Я ведь в работе званий не терплю, сам со следователей начинал, так что без скромностей.

Ирэн аккуратно подобрала юбки, вспоминая науку француженки, и уселась на краешек.

— Скажите, голубушка, — внимательно уперся в нее взглядом полицмейстер, — как это у вас выходит, что вы про завтра кое-что знаете?

Ирэн глянула на Зубатова и поняла, что Андрей Леонидович в курсе ее ситуации лишь частично.

— Вижу будто газетный текст, — улыбнулась девушка, — Иной раз картинки какие.

— Вот, — повернулся к Зубатову хозяин дома, — А вы Гапону не верили. Все то же самое! Картинки, буквы.

— Гапон это поп? — попробовала уточнить Ирэн.

— Знаете? — повернулся полицмейстер.

— Давайте заканчивать, — неожиданно вмешался Зубатов, со значением глянув на хозяина дома, — Андрей Леонидович, если сейчас Ирочку разговорить, мы к гостям никогда не выйдем. Ждут же.

— Да, да, — спохватился полицмейстер, — Все так. Ну что же, я в любом случае двумя руками за ваше назначение, деточка. При Сергее Васильевиче не забалуешь. Он сможет направить в нужную сторону, ну а если вдруг по мне какое видение, вы уж информируйте, — даже как-то просительно закончил он.

— Поздравляю, — шептал Ирэн на ухо Зубатов, когда на обратной дороге Андрея Леонидовича увлекла группка гостей, — Произвели впечатление. Даже о бумагах не спросил. Про Гапона пока молчу, но, похоже, у вас информации о нем немало?

— Есть, — одними губами ответила Ирэн, — Но все позже будет — в другое время. А что бумаги?

— Бумаги, что у Антоновского пропали вместе с сюртуком, крайне важны. Это не закладные и не векселя. Там политика. Мы, знаете ли, всегда помогаем друг другу, так и Михаил Михайлович нас вниманием не обходит.

— Он что тоже на службе?

— Какой там. Ему наши оклады — пыль. Помогает, потому как судьбой страны обеспокоен, особенно в последнее время.

«Понятно, — проглотила пилюлю Ирэн, — Значит не одна я такая Кассандра. Антоновский тоже что-то в нашем времени углядел».

— Заходите-заходите, — приоткрыл створку дверей Зубатов, — С окружающими меньше говорим, больше слушаем. Вон он Михаил Михайлович.

Действительно, из-за дальнего края богато сервированного стола поднялась рука в белой перчатке и призывно помахала.

— Идемте, Ирочка, — ловко проскользнул за спинами собравшихся кучкой дам Зубатов, — Ждут-с нас.

Ирэн почувствовала на себе множество взглядов. Казалось, что и дамы, за спиной которых она сейчас проходит, пялятся на нее боковым зрением.

«Чушь!» — одернула себя девушка и, гордо вздернув голову, пошла за Сергеем Васильевичем.

Стул рядом с купцом Антоновским оказался очень удобным. Не то что кресло в кабинете полицмейстера.

Зубатов устроился по другую руку Михаила Михайловича.

— Сергей Васильевич, — укоризненно глянул на него тот, — Ирочку посередке надо бы.

— Ей говорить неудобно будет, — отозвался сыщик и в голосе его послышались металлические нотки, — Лучще уж вы головой покрутите.

— Ладно-ладно, — смирился Антоновский, — Я ж и забыл, что для вас служба-работа прежде всего.

— Служба-служба, — подтвердил Зубатов, — Хорошо, концы бумажек наших нащупались, а так что быть могло?

— Ладно вам, — морщился мужчина, — Ирочка, давайте я за вами без лакеев поухаживаю.

Ловко оперируя лопаточками, он перетащил на тарелку к девушке несколько кусков заливного и рыбы.

— Севрюга, — шепнул он, — В вашем времени такого не попробуешь. Да и в нашем, пожалуй. Сейчас рассядутся все — разом закончится. — Пошутил он.

— Что делать будем, Ирочка, — наклонился к ним Зубатов, — Как бумаги вызволим?

— У Хитрована дома они, — заговорила девушка, — В матрасе, где спала.

— Целы думаете?

— А что им будет? Они сверху даже не щупаются. Завтра на рынок пойду и объясню Антону, где брать. Принесет.

— Антону? — повернулся купец.

— Неважно, — оборвал Зубатов, — Теперь с вами, Михаил Михайлович. Скажите, — неожиданно Ирэн услышала, как напрягся его голос, — Когда вы на той стороне в последний раз-то бывали?

— На какой? — абсолютно искренне удивился Антоновский.

— Бросьте, Михаил Михайлович, — наступал сыщик, — Мне все известно. Ирочка и сама как раз из того времени.

— В самом деле? — почти не удивился собеседник, — Ну тогда я вспомнил, где видел вас. В Авроре? — Ирэн закивала, — Ну так вот что я скажу, господа. Я же грешным делом как туда попал, ну в Ирочкино время, золотой червончик ювелирам продал и сразу книжек тамошних накупил. Посмотрел, значит, что в ближайшем будущем ждет нас. После как понял, ничего хорошего не видится, решил капиталец свой на ту строну перевести понемногу, но, слава богу, не начал.

— Что так? — в голосе сыщика чувствовалось странное довольство.

— Закрылся переход, Сергей Васильевич, — повернулся к нему купец, — Вчера как раз и закрылся. Хорошо, я с этой стороны был.

* * *

Ночь шумела за окном гостиницы. Пасхальный праздник отдавал свою власть новому дню, а на кровати нумера рыдала в пуховую подушку Ирэн.

Отчаяние и боль принесли за собой давно забытое детское состояние — Ирочка лет до десяти страшно боялась наглухо запертых дверей.