Вот если бы все так было в жизни, а не на кумаче, глядишь и история наша пошла бы по другому, возможно более удачному руслу.

РАДИОЭЛЕКТРОНИКА.

Радиоэлектроника – весьма серьезная прикладная наука и ее обязаны знать инженеры, занимающиеся разработкой и постройкой различных приборов и электронных систем. Современная авиация пропитана насквозь электроникой, и чем дальше, тем электроники будет только больше. Вот исходя из этих посылок, а также из желания привести учебную программу в соответствие с названием "инженер-пилот", в советском минобразе решили, что «инженеры-минус-пилоты» обязаны знать, куда бегут озабоченные электроны и как рядами Фурье описать их суетливый бег. Идея совершенно дикая и преподаватели, понимая, что втолковать будущим летчикам закономерности p-n-p перехода и описание этих закономерностей формулами из высшей математики совершенно немыслимо, старались всемерно упрощать предмет.

В итоге, курс радиоэлектроники, прямо как Марксизм, разделился на три составных части. Первую часть, теоретическую электронику с формулами и высшей математикой серьезно преподавал нач. кафедры Быков, человек ответственный и к шуткам не расположенный, вторая часть была практической, где курсанты с интересом и, главное, с пользой для будущей профессии крутили ручки и нажимали кнопки на стендах, имитировавших самолетные электронные системы. Третья часть была локаторы. Чтение этой тематики оставил за собой декан факультета Брудный. Понимая всю бесперспективность объяснения курсантам теоретических основ радиолокации, Брудный в своих лекциях и брошюрке-методичке изложил описание основных принципов и конструкций авиационных локаторов на уровне восьмого класса школы. Летчик должен был знать, что самолету локатор нужен, что он что-то определенного размера и формы излучает вперед, и что-то получает обратно. Ни единого упоминания о том, что творится в кишочках локатора, о числовых значениях напряжений и о количестве дежурных электронов в брошюрке не было. Читалось и запоминалось легко и надолго. И как оказалось впоследствии, было именно то, что нужно пилоту.

В среде Подвальных электроника, по понятным причинам, успехом не пользовалась. Причины простые: примитивная лень и вечная занятость чем угодно, только не учебой. Но неизбежно, как смена зимы летом, пришла сессия с экзаменом.

Я еще в самом начале курса прочитал про локаторы. Потом открыл учебник по теории и печально закрыл, поняв, что ни единой формулы из тех, что щедро были разбросаны по страницам книги, я запомнить не в состоянии. Начал надеяться на Шару и, как и многие курсанты, рассчитывал на вполне достаточную тройку. Таких как я в Подвале было еще двое, плотники Доня и Олежка. Но они даже локаторами Брудного всерьез не заинтересовались.

И настало время «Ч»! Завтра экзамен, а мы ни ухом, ни рылом. Заседание в Подвале проходило бурно. Каждый предлагал свой рецепт решения проблемы. Рассчитывали выйти на кого-нибудь из работников кафедры. Были варианты подкупа лаборанта, раскладывавшего билеты. Думали привлечь к решению вопроса радистов с подотчетной кафедре училищной КВ-радиостанции. В итоге было принято мое предложение. Уж если выходить, то не мелочиться, а выходить сразу на декана Брудного.

Время играло против нас и мы, проспорив до вечера, едва застали в деканате уже одевавшегося декана. Олежка и Доня стояли у стенки, вытянув по швам свои талантливые рабочие руки, а я пошел парламентером.

– Чего вам, товарищи курсанты? – официально спросил спешащий домой декан.

– Вам что-нибудь до завтра надо сделать? – прямо начал я.

– А что вы умеете?

– Мы все можем, пилить, сколачивать, чертить, рисовать.

– Да..? – задумался Брудный, – А экран успеваемости по всему потоку сделать сможете?

– Сможем, – пока даже не представляя, о чем речь, согласился я. Выхода не было.

– Пойдемте, я покажу, – Брудный подвел нас к огромному полтора на три метра щиту, с таблицей успеваемости по всем училищным ротам и взводам за прошлый год. – Надо сделать такой же на этот год.

Доня сразу приступил к расчетам затрат на материалы. Измерив длину щита рулеткой, он заявил, что надо не менее пятнадцати метров рейки сечением два на четыре, лист оргалита соответствующего размера, три с половиной метра рулонного ватмана, гвозди, кнопки.

Брудный пообещал с ватманом помочь завтра, а плотничать необходимости не было, щит можно было использовать прошлогодний. Кнопки предложил найти самим.

– Мужики, а что мы голову морочим? – решил я ускорить события, когда декан ушел, – Экзамен завтра? Завтра! Послезавтра делать экран будет поздно. Ватман у нас на складе есть, еще метров десять, кнопки, перья, есть. Можно даже рамочку сделать из дюралевого уголка.

Предложение приняли, сняли щит и утащили в Подвал. Аккуратно срезали нужный для копирования старый экран и натянули новый ватман. Пока бумага на щите сохла, сходили на ужин. И работа закипела!