Читаем Авиталь и ее отец полностью

— Как же не быть мне первой? Твой вестовой сообщил о мире. Это ведь мое сокровенное желание, и нет иного! — вскричала Авиталь.

— Да, мы с Наасом сделали выбор — будет мир меж нами…

— Отчего же на глазах твоих слезы блестят? Никогда не видала тебя плачущим, батюшка! От счастья, да?

— Да… Нет… Я плачу о дорогой цене, которую мне придется заплатить, — промолвил Ифтах, и усы и борода его совершенно намокли от слез.

— Пойдем скорее, отец, в шатер, нас матушка дожидается. Все расскажешь нам по порядку.

— Пойдем, нежная голубка моя!

Обнявшись, отец и дочь двинулись вместе.

— Вот я и дома, — сказал Ифтах, заходя в шатер и стараясь скрыть слезы от Сары.

— Драгоценный муж мой, — воскликнула Сара и обняла своего защитника, — мы так счастливы с Авиталь, наконец-то настанет мирная жизнь!

— Не только мы счастливы, многие из народа возблагодарят тебя, отец, и навек запомнят твое деяние! — прибавила Авиталь.

— Разувайся, милый, окунай ноги в таз с теплой водой! Неси полотенце, Халис, и ужин скорее доставай из печи! — распоряжалась Сара.

— Рассказывай, скорее, батюшка! — нетерпеливо прощебетала Авиталь, — трудные вышли у тебя переговоры с Наасом?

— Трудные! Очень трудные! Я предложил мир с первых слов своих. Да где там! Царь Аммона и слушать не хотел. Он лгал, мол, вы, иудеи, захватили беззаконно нашу землю, и мы отвоюем ее назад! Кричал: “Говори, Ифтах, зачем на переговоры меня вытянул, знать есть у тебя тайный умысел!”

— Как же справился ты с этим ястребом? — спросила Сара.

— Пока Наас раздавал команды слугам, я мысленно воззвал к нашему Богу и поклялся принести Ему щедрую жертву. Господь смилостивился и взял мою сторону.

— И что случилось потом? — спросила Авиталь.

— Потом я привел Наасу резоны, что слыхал от тебя, дочка. И, о чудо, царь Аммона согласился на мир! Но нет, не случилось никакого чуда — это Бог помог мне в ответ на клятву мою!

— И чем же ты замаслил Всевышнего? — спросила Авиталь.

— Я поклялся принести Ему в жертву того, кто первым из нашего лагеря встретит меня…

При этих словах Сара вскинула глаза на мужа, перевела взгляд на дочь, на секунду задумалась и вдруг смертельно побледнела. Наступило краткое безмолвие. Авиталь глянула на отца, на мать, и все поняла.

Женщины заревели в голос, обнялись. Ифтах снова оросил усы и бороду слезами. Он вскочил на ноги, заметался по шатру.

— Ах, кабы я знал наперед! Вот она, непомерная цена мира! Я безутешен и я бессилен! Клятву Господу отменить нельзя!

— Ифтах, ты убьешь нашу Авиталь? — сквозь рыдания едва проговорила Сара.

— Клятву Господу отменить нельзя! — в отчаянии повторил Ифтах.

— Отец, неужели не суждено мне познать жизни соль? — плача, пролепетала Авиталь.

— Клятву Господу отменить нельзя! — взвыл Ифтах и принялся рвать на себе одежды.

— Я умру девой, не знавшей мужа! Жалкая доля моя!

— О, Ифтах! Груди дочери нашей никогда не набухнут молоком! Никогда не ласкать мне внуков! А тебе никогда не растить смену! Не видать нам продолжения — ни тебе, ни мне! Никогда, ты слышишь — никогда!

— Горе, горе, горе! — заголосил Ифтах, — как тяжела расплата за мир! Воистину, война человечнее, добрее, справедливее, понятнее!

Тихо-тихо, на цыпочках, Халис покинул шатер. Ифтах и Сара тесно сидели рядом, крепко обнявшись.

Вот высохли слезы на щеках Авиталь, и лицо ее сделалось торжественным.

Но по-прежнему плакала мать, плакал отец.

— Не плачь мать, не плачь отец, — утешала их Авиталь, — я не рожу вам внуков, но я отдам свою жизнь за мир для народа нашего! Это так хорошо!

— Это почетно! — воскликнул Ифтах, и лик его просветлел.

— Это ужасно! — вполголоса, чтобы не слышали дочь и муж, проговорила Сара.

— Есть у меня просьба к тебе, батюшка!

— Говори, царевна моя!

— Разреши мне уйти на два месяца в горы, я хочу оплакать в одиночестве девство мое!

— Отпусти ее, Ифтах, — взмолилась Сара, — ведь, может статься, это последнее желание нашей доченьки!

— Иди, родимая, — великодушно позволил отец, — но возвращайся к сроку. Помни, нас обоих связывает клятва перед Богом.

Сара поняла, почему Авиталь замыслила подниматься в горы. Нет сомнения, что и Ифтах догадался. А еще он подумал, что алтарь непременно принесет удачу жертвователю, коли жертва, хоть и не зная правды, думает с ним в унисон.

Глава 11

1

Узнав ожидавшую ее горькую долю и проведя ночь без сна, гордая предназначением и несчастная судьбой, Авиталь с первыми лучами солнца направила свои нежные девичьи стопы в горы. Она почла за лучшее не годить до пробуждения отца с матерью. Все главное сказано было накануне вечером, и зачем эта мука тяжкого прощания?

Уходя, Авиталь велела Халису немедленно отрядить посыльного к Соби, дабы уведомил царского сына, что она ждет его в горах, в том самом месте, которое известно только ей и ему. “Дело сие первейшей важности и не терпит отлагательства, — строго прибавила Авиталь, — надеюсь на тебя, Халис, смотри, не подведи!” Слуга бросился исполнять поручение. Оказанное доверие вызывает ответную верность.