Читаем Аут полностью

Когда они наконец ушли, Масако перенесла оставшиеся мешки вместе с одеждой и прочими вещами Кэндзи в багажник машины. Она уже решила, что присмотрит подходящее место по дороге на работу и выбросит груз либо сегодня, либо на следующее утро, возвращаясь домой. Потом взяла жесткую щетку и принялась скоблить кафельный пол в ванной. Но даже после такой тщательной уборки ее не покинуло чувство, что между плитками все же осталась кровь. И хотя Масако открыла окна и включила вентилятор, в воздухе ощущался слабый приторно-тошнотворный гнилостный запах.

Нет, сказала себе Масако, никакого запаха нет, это только игра воображения, признак слабости. Йоси ведь тоже, вымыв руки с мылом, убедила себя в том, что они все равно пахнут кровью, и еще долго держала в крезоле, пока с пальцев не стала слезать кожа. А Кунико хватило одного взгляда на содержимое мешков, чтобы умчаться в туалет, где ее едва не вывернуло наизнанку. Смешно, но, забирая с собой пакеты с кусками тела, она поклялась, что никогда больше не станет есть мясо. Сама Масако справилась с ситуацией в целом неплохо, а пол оттирала до блеска только потому, что беспокоилась из-за полиции, из-за того, что в случае обыска между плитками обнаружатся следы крови. Она давно взяла за правило подходить ко всему с позиций рационализма, и признание подверженности тем же, что и у подруг, слабостям и маниям, нанесло бы по ее представлению о себе болезненный удар.

На стене ванной остался волосок. Короткий и жесткий, он явно принадлежал мужчине. Но кому — мужу, сыну или, может быть, Кэндзи, — Масако не знала. Сняв волосок со стены, она несколько секунд рассматривала находку, пока не поняла, что тревожиться из-за такой мелочи глупо. Установить его принадлежность кому-либо, живому или мертвому, можно разве что с помощью теста ДНК. Придя к такому заключению, Масако бросила находку в унитаз и спустила воду, заодно отправляя туда же, в канализацию, и все свои сомнения и беспокойства.

Позвонив Яои насчет денег, она наконец-то добрела до кровати. Был уже пятый час. Обычно Масако ложилась около девяти и вставала к четырем; возможно, поэтому, хотя тело ныло от усталости, голова оставалась совершенно свежей и ясной, и уснуть долго не удавалось. Немного полежав, она встала, подошла к холодильнику и выпила пива. Такого нервного напряжения Масако не испытывала давно, пожалуй с того времени, когда лишилась прошлой работы. Вернувшись в комнату, она снова легла и еще долго ворочалась с боку на бок, мучаясь от непривычной духоты.

Масако хотела лишь вздремнуть час-другой, но, едва открыв глаза, сразу почувствовала влажный и прохладный вечерний воздух, проникающий в спальню через открытое окно. Взглянув на часы — они так и остались на руке, — она увидела, что проспала до начала девятого. Несмотря на вечернюю прохладу, футболка промокла от пота. Ей что-то снилось, что-то плохое, но что именно, Масако не помнила. Открылась и закрылась передняя дверь. Наверное, Йосики или Нобуки, подумала Масако и вспомнила, что легла, не приготовив обед.

Она медленно направилась в гостиную.

Сын сидел за столом и что-то ел. Видимо, придя домой и не обнаружив ничего съедобного, он сходил в ближайший магазин и купил что-то готовое. Масако подошла к столу. Нобуки ничего не сказал, хотя лицо его немного напряглось. Не исключено, он уже почувствовал, что в доме что-то изменилось. Так или иначе, ему определенно было не по себе, что подтверждал и взгляд, направленный в некую точку за спиной матери. Наблюдая за ним, Масако подумала, что он всегда был чувствительным, восприимчивым мальчиком.

— Мне что-нибудь принес? — спросила она.

Теперь, когда к нему обратились напрямую, Нобуки опустил голову, делая вид, что занят едой. Со стороны могло показаться, что он скрывает или оберегает что-то. Но что? Сама Масако уже давно отказалась от всего, что нуждается в защите.

— Вкусно? — спросила она.

По-прежнему избегая ответа, сын положил палочки и потупился. Масако подняла пластмассовую крышку и прочитала дату выпуска продукта и название фирмы-производителя: «Миёси фудс», фабрика Мигаси-Ямато, упаковано в 15.00». Может быть, совпадение, а может, Нобуки сделал это умышленно, но на столе лежала коробка из-под «Завтрака для чемпионов», выпущенного на ее фабрике в три часа пополудни. Вид пиши вызвал неприятные ассоциации, и Масако отвернулась, скользнув взглядом по аккуратно убранной гостиной. Она подумала о том, чем занималась в этом доме совсем недавно вместе с Йоси, и случившееся показалось совершенно нереальным. Нобуки подобрал палочки и продолжил прерванное занятие.

Сев напротив, Масако еще некоторое время смотрела на своего немого сына. Почему-то вспомнилась Кунико и то, что она в какой-то момент почувствовала к ней: необъяснимую злость и непреодолимое желание избавиться от любых пустых, ничего не значащих, бессмысленных и таких переменчивых человеческих отношений. А сейчас перед ней сидел человек, изменить отношения с которым было невозможно, и, понимая это, Масако чувствовала свое полное бессилие.