Читаем Астровитянка полностью

Никки встала из-за рабочего стола, потягиваясь и смотря на карту мира. Возможно, под влиянием усвоенной лавины географических данных, девушка вдруг ужаснулась:

«Как они там выживают, бедняги? Они строят своё жильё и жизнь на крышке кипящего котла! Континенты расползаются, как скользкие льдины; землетрясения ломают земную кору; вулканы заливают города огненной лавой и засыпают горячим пеплом… А торнадо и наводнения? А сезонные кошмары – так называемые зима и лето? То жара с засухой навалится, то снегом и льдом засыплет. Жить на Земле могут только герои. Из дома страшно выходить без скафандра высокой защиты – на тебя могут броситься крокодил или автомобиль, грипп или град. Космический астероид – это тихая заводь по сравнению с Землёй».

– Ложись спать, – приказал Робби. – А то завтра будешь бродить как привидение.

– Я хочу попасть на Землю побыстрее… – невпопад своим мыслям сонно пробормотала Никки, проваливаясь в такой заслуженный, но такой короткий сон.

Утомлённой девушке приснился старый кошмар: родители уходят куда-то навсегда, даже не замечая её. Она хорошо знала, чем кончится сон – глухой дверью одиночества, но всё-таки, безъязыкая и бессильная, отчаянно тянула руки вслед родителям – и вдруг увидела, как мама обернулась. Сердце девочки забилось быстрей птичьего – и она мигом сбросила ярмо слабости. Родители взяли её за руки, и они пошли вместе.

Она была так счастлива, что смотрела только на маму и папу и не обращала внимания – куда они идут.

А шли они долго. Говорили и смеялись. Наступил вечер – тёмный и даже моросящий, но девочка была готова идти под дождём всю жизнь.

Не одна! Не одна!

Дорога кончилась у стены из тёмно-красного кирпича. Каблуки маминых туфель, звонко простучав по мокрому асфальту, остановились возле открытой двери.

За ней клубился лишь слабо светящийся туман.

Никто не сказал ни слова – лишь отец торопливо сжал плечо Никки и подтолкнул её вперёд.

Она переступила порог и обернулась. Родители стояли с той стороны двери и улыбались сквозь слёзы и тревогу. В прошлом осталась и пустынная ночная улица с неяркими жёлтыми фонарями.

Девушка поняла, что родители не могут перейти порог, но желают ей столько счастья, сколько может вместить душа человека.

И ещё она поняла, что вернуться назад невозможно и не нужно, ведь её дорога – впереди. Она чувствовала, что сейчас поймёт что-то важное, от чего вся её жизнь приобретёт смысл и значение.

Вокруг светился жемчужный туман, завивающийся в столбы и воронки. Он странно и хорошо пах.

«Куда дальше?» – подумала Никки, глядя на клубящуюся под ногами дымку.

Что скрывает туман? Паркет, капкан, пропасть?

Пока не пойдёшь вперёд, не узнаешь.

Девушка смело сделала первый шаг – и почувствовала прочную и одновременно мягкую поверхность. Что-то вроде лужайки, поросшей короткой травой.

Никки откуда-то поняла, что секунду назад под ногами ничего не было. Это её шаг создал опору.

Она уверенно двинулась в жемчужную дымку, и, обгоняя её шаги, вперёд устремилась надёжная земная твердь.

Девушка взмахнула рукой – и в тумане возник прямой как стрела тоннель, нацеленный вверх. Секунда – и в туманном окне засияло голубое небо. «Да будет свет!» – подумала Никки и раздвинула небо пошире.

Очередной взмах вывел на небо горячее солнце. Девушка прищурилась, засмеялась и обернулась на родителей. Они были уже далеко, в маленьком прямоугольнике дверей, плавающем в тумане. Отец махал ей одной рукой, а другой держал маму за плечи. Мама плакала и улыбалась. За их спинами мягко мерцали светляки уличных фонарей.

Никки поняла, что всё делает правильно.

Горячее солнце разгоняло туман и открывало просторное поле, заросшее сочной лохматой травой. Движение ребром ладони – и на лугу возник ручей, искрящийся на солнце. Он прыгал и оскальзывался на мокрых валунах.

Туман рассеивался и отступал. «Эй, приятель, послужи ещё!» – решила девушка, поймала уползающие куски тумана и слепила из них деревья и лес.

Сорвала веточку клёна, смяла её в кулаке, а потом расправила в жёлтую птичку. Выпорхнувшая из ладони птица засвистела что-то радостное и знакомое.

И под утреннюю песню канарейки Никки проснулась. Переполненная чувством своего могущества. «Смысл жизни человека – стать богом», – подумала она.

Поправилась: «Создателем!» – и быстро вскочила с кровати. Лежать было совершенно невозможно от распиравшего сердце восторга.

Родители взяли её с собой! Они были с Никки до конца, и они любят её.

Ей больше никогда не приснится кошмар брошенного ребёнка.

На доске объявлений появилось красное и суровое: