Читаем Астронавт Джонс полностью

В зеркало заднего обзора он видел, что Дэнни с трудом сдержался, но все-таки не ответил обидчику. Темная узкая одежда мальчика выделяла его среди других детей так же, как и его статус — первый в школе экзоген. Остальные школьники тоже носили строгую одежду — по земному обычаю — но колонисты все-таки ввели некоторое разнообразие цветов и фасонов. Старый Джош Коффин, наверное, считал, что это — такой же грех, как и счастье. Свободе иногда приходила в голову мысль, не Коффины ли первыми предложили ввести обязательную экзогенетику из-за того, что Тереза не смогла доносить ребенка, а может, просто Джошуа захотел ввести еще одну обязанность для колонистов. Естественно, после того, как закон был принят, Тереза каким-то образом продолжала беременеть — обычный случай. И а результате Дэнни вместо того, чтобы получить несколько партнеров по играм дома, получил лишь целый выводок конкурентов.

Бедный парень. Но вмешиваться в это никто не имел права. Поскольку он, видимо, неспособен был обижаться, его приемные родители могли воспитывать его так, как находили нужным, без вмешательства официальных и частных любителей совать нос в чужие дела.

«Однако, — подумал Свобода, — можно все-таки посоветоваться с Сабуро. Хотя бы попробовать».

Свобода сосредоточился на пилотировании. Каждый день маршрут менялся — три учебных периода по пять часов в каждом распределились так, чтобы время перевозок выпадало на самые подходящие часы. Приходилось определять дорогу с помощью сложной системы ориентиров на местности и быть всегда готовым к движению воздушных масс. При таком движении даже легкий порыв ветра мог нанести аэробусу сильный удар.

Уже в который раз где-то на уровне подкорки Свобода подумал о взаимосвязанности вещей. Говоря о том, что «нет таких вопросов, которые не относились бы к какому-нибудь делу», Торвальд Энкер был прав. Примеры, предоставленные Растумом, подтверждали его слова. Например, связь между экологией и школьными автобусами. Поскольку среди животных и растений, имевшихся на плато, лишь немногие были съедобны, колонистам пришлось выращивать зерновые культуры, привезенные с Земли. Но экология для поддержки этих зерновых, еще не полностью была создана (взять хотя бы то, что на Растуме имелся вирус, который нападал на нитрогенфиксирующую бактерию, необходимую земным бобовым), и потому урожаи были плохими, людям приходилось обрабатывать огромные площади, чтобы получить хотя бы необходимое количество зерна. Большинству колонистов пришлось стать фермерами и поселиться обособленно от других, посередине обширных земельных владений. Это, в свою очередь, сделало их зависимыми от воздушного транспорта — все еще настолько дефицитного и дорогого, что он находился только в общественном распоряжении — чтобы они могли совершать поездки на расстояния, недоступные людям. Особенно это касалось перевозок детей в школу и обратно. А следствием этого было то, что возникла необходимость ввести обязательное поочередное пилотирование школьных аэробусов, к которому привлекались люди вроде Свободы, не занимающиеся фермерством. Ну, а это начинало обострять конфликт между профессиональными слоями.

Свободу постоянно мучил вопрос: не забыта ли уже та свобода, ради которой они, по их словам, прилетели сюда.

Каким бы ни был маршрут, Дэнни всегда покидал аэробус последним. Коффины жили дальше всех, у края Расселины. Когда Свобода посадил аэробус на их посадочную полосу, Дэнни прошел мимо него к выходу, не сказав ни слова.

Тереза Коффин, увидев приземляющийся аэробус, вышла на крыльцо. В руках она держала ребенка, а другой, который только что начал ходить, повис у нее на юбке. Заходящее солнце окрасило ее волосы в яркий медный цвет. Она ухитрилась приветливо помахать рукой и крикнула:

— Хэлло! Может быть, зайдете на чашку чая?

— Нет, спасибо, — ответил Свобода, высунувшись из окна. — Джудит уже ждет меня.

Тереза улыбнулась:

— Готовитесь к свадьбе?

— Да, — кивнул Свобода, рассматривая голый двор с утоптанной землей, на котором не росло ничего, кроме ощипанного дуба. — Она по уши завязла в стряпне, шитье и еще Бог знает в чем. Я обещал помочь передвинуть до ужина мебель.

— Да, передайте ей, что я привезу вечером те пирожные, что обещала, следующим автобусом до Стейнлейк Ройял. Я хотела бы испечь побольше, но… — Тереза сделала какой-то кривой жест. У Коффина сейчас было уже пятеро детей, включая Дэнни, да шестой на подходе.

— Спасибо, вы нам очень помогли. Хотя не стоило беспокоиться из-за такого пустяка.

— Как, мистер Свобода! Свадьба вашей дочери!

— Конечно, конечно. Разумеется, я рад, что Джосселина подцепила такого славного парня, как Колин Локейбер, и мне хочется, чтобы все было, как положено, и так далее. Однако устраивать на этой планете торжественную церемонию, имитирующую земную свадьбу в семье среднего уровня, во время осеннего сбора урожая и прочее… — Свобода пожал плечами. — Это уж чересчур.

Сойдя по ступенькам, Тереза приблизилась к нему. Ее лицо, покрытое морщинами и почти такое же обветренное, как и его собственное, помрачнело.