Читаем Аскольдова невеста полностью

— Нельзя играть благословением богов. — Волхв Веледар встал между соперниками и развел их. — Спорите, будто утку подстреленную делите. Огнедева — не колечко, чтобы с руки на руку перебрасывать. Коли спор зашел, то боги разрешат, кому ею владеть. Разойдитесь, сыны мои, и спросим воли богов.

— Хорошо. — Станила не собирался ссориться с волхвами Велеса сразу после своей победы. — Но я уже доказал, что судьба и боги на моей стороне!

* * *

К своим кострам Белотур и Велем вернулись разгоряченные, взбудораженные и долго орали друг на друга, но не из-за несогласия, а больше от возбуждения.

— Марин выкидыш, синец темнообразный! — возмущался Велем. — Сестра ему моя нехороша, а и ту подай сюда! Сам за всех хочет ее судьбу решать! Все люди как люди, а он как хрен на блюде! Ты погляди на него!

Перепуганная Дивляна даже не решалась выглянуть из шатра, но понимала, что новый князь смолян и днепровских кривичей принес им очередные сложности.

— Завтра на заре уходим. — Больше Белотур не собирался ждать даже одного дня. — Старого князя похоронили, наследнику поклонились, пора и честь знать. Что хотел сказать, он все сказал. Пора нам ноги уносить, если не хотим голову потерять.

— Да я его… Меня-то он бабьей болтовней не напугает!

Белотур устал спорить и только махнул рукой. Ему было тяжелее всех. Если Станила добьется своего, то он, Белотур, окажется виноват и перед Киевом, и перед Ладогой. А как Станиле не добиться всего, чего пожелает, если теперь у него под рукой ратники кривичей, смолян да еще русская дружина свея Торира?

— Пора делать… что собирались, — сказал он, подмигнув Велему на шатер девушек. — Сиди здесь и смотри за ними. А я в Велесово пойду.

Велесово святилище, куда каждый из проезжающих гостей обязательно приносил жертвы на перекрестке земных дорог, располагалось в низине. На дне широкого оврага была вырыта яма локтей по восемь шириной с каждой стороны. Во время принесения треб на дне разжигали сильный огонь, а потом на раскаленные угли клали предназначенную божествам Нижнего мира часть жертвенного животного — голову и ноги от копыта до колена. Над жертвенной ямой стоял Велесов идол, в котором было едва намечено изображение бородатого лица. По краям низины тянулся небольшой вал, а на нем в особых углублениях перед принесением жертв разводились очистительные огни.

Сейчас огни не горели, и младшие прислужники были заняты тем, что вычищали вчерашние угли. Волхвы жили в трех избушках, расположенных чуть поодаль от вала. Благодаря тому, что летом торговые гости ездили по воде, а зимой на санях, дело для волхвов находилось почти всегда, и они обитали тут постоянно. Они же служили проводниками, за что святилище взимало особую плату. Белотур подумал мельком, что, вероятно, придется пригласить с собой волхва. Это обойдется дороже, чем обычный проводник (тем более что в дружине теперь свой есть — Званец), зато уважение к волхвам послужит дополнительной защитой.

Веледар, предупрежденный о госте, вышел ему навстречу. Сегодня на нем не было торжественного облачения, только длинная рубаха с богатой вышивкой и пояс с оберегами говорили о том, кто перед тобой.

— Заходи, будь гостем. — Ответив на приветствие Белотура, он пропустил его в низкую дверь земляной избы. — Я ведь знал, что ты придешь.

— Нетрудно было догадаться, — согласился Белотур, присаживаясь на предложенное место на скамье.

Женщина средних лет поставила на стол корчагу с пивом, резной деревянный ковшик с конской головой на ручке и вышла. Веледар сам налил пива, приподнял ковш, приглашая богов присоединиться, отпил и передал гостю.

— Защиты хочу у тебя попросить, — заговорил Белотур. — Не для себя — для Огнедевы. Мы-то, мужчины, за себя постоим. А вот она, невеста брата моего Аскольда, не для того была родом отпущена с честью, чтобы к Станиле в робы попасть. Ты, волхве, поставлен волю предков исполнять и родовой закон хранить. Не допусти, чтобы благословение богов человеческой волей нарушалось.

— Что же ты хочешь — чтобы я князю Станиславу жениться запретил? — Веледар в свою очередь отпил из ковша и усмехнулся. — Он меня не послушает, у него своя наставница есть.

— Я хочу, чтобы ты помог нам уехать и Огнедеву в сохранности увезти. А если не выйдет — то в святилище ей приют дай. Из священного места ни один князь не достанет. Если не позволит князь Станила ей уехать со мной, то пусть он ее не возьмет, покуда род ее и брат мой Аскольд не решат, как быть. Благословит ее род идти за Станилу — какое мое право мешать? Но не раньше, чем наше докончание расторгнуто будет, а князь Аскольд другую невесту получит взамен, такую, что не уронит его чести.

— Думаешь, пригодится твоему князю Безвидина девка?

— Мой князь без жены не останется. Но если невесту у него силой отнимут — быть войне. Разве смоляне хотят, чтобы на Вечевом Поле битва разыгралась?

— Не хотят. Ладно, дам я дам человека. — Веледар кивнул. — Он вам и путь верный укажет, и приют поможет найти, если что.