– Расслабься Лилибель, никаких наказаний. Просто поделись с нами, как и зачем ты решила сбежать из замка? – он показал на один из двух стульев с высокой резной спинкой, расположившихся на противоположной от него стороне стола.
Устало опустившись на один из них, Лили без всякого удивления обнаружила на втором притихшего Гора. Его загоревшая и обветрившаяся от постоянного пребывания в песках кожа за время, проведенное в кабинете, стала в разы бледнее, а и без того тонкие губы были сжаты в едва различимую полоску.
Начальник стражи избегал смотреть в ее сторону, да и в сторону Аруло тоже, крепко стиснув руки замок и уставившись на резную боковину стола. Она перевела взгляд на регента, который все это время равнодушно изучал ее лицо и тяжело вздохнула.
– Ну я ушла через главные ворота. Там не было стражи и никто не помешал мне выйти в город. Вообще-то я даже не ожидала, что все получится настолько легко. Покрутилась там минут пятнадцать, залезла в караульную, чтобы найти одежду, – она дотронулась до потрепанной завязки на плаще, мелкие нитки из которой торчали так часто, что она больше напоминала тонкую черную сороконожку. – Да и в городе за проведенные там два часа я никого не встретила.
Лицо Аруло не дрогнуло, но зато изменилась поза. Мужчина откинулся на спинку глубокого кожаного кресла, обивка которого была настолько темной, что его волосы с ней сливались, а кожа выглядела еще более мертвенно-бледной, чем обычно, и скрестил руки на груди. Взгляд блуждающе скользнул по столу, а потом поднялся и остановился на Горе, который чуть слышно скрипнул зубами и выпрямился так, что его камзол натужно затрещал.
– Гор, подготовь мне список тех, кто сегодня был в карауле у главных ворот.
– Ваше величество, при всем моем уважении к принцессе, у меня одни из лучших людей в Сивии, и..
– И они не смогли уследить за одной девчонкой, – Аруло в очередной раз раздраженно дернул за пуговицу на рукаве, и нитка наконец не выдержала. Мужчина подчеркнуто аккуратно положил ее на свободное место на столе и снова перевел взгляд на начальника стражи. – Мне показалось, или ты хотел хотел обвинить Ее Высочество во лжи? Но даже если она выбралась из замка не через главные ворота, она все равно оказалась в столице. А значит, твои люди не справились со своей работой.
Лилибель увидела, как побелели костяшки пальцев, которые Гор что есть силы сжал в кулаки. Не обращая на него внимания, Аруло поднялся с кресла, потянулся и неторопливо прошел к высокому шкафу из красного дерева, покрытого замысловатыми вензелями. Его пальцы привычно скользнули по изображению двух сцепившихся в схватке ящеров до небольшого углубления, спрятанного по центру. Оно служило замком для огромного ящика, который регент использовал для хранения своей регулярно пополняемой коллекции.
Мужчина неторопливо провел пальцем по составленным в ряд бутылкам, подцепил пару стаканов и наконец выбрал из всего многообразия изящный стеклянный сосуд, через стенки которого легко просматривалась бледно-розовая жидкость. Прижимая к груди свои трофеи, он обернулся и чуть заметно приподнял одну бровь.
– Ты что, все еще здесь?
Гор медленно поднялся с кресла. Так медленно, что Лилибель невольно пришла в голову мысль о том, он похож на змею, которая готовится к нападению. Но вместо того, чтобы кинуться вперед, королевский стражник смиренно опустил голову и тяжелой, уставшей походкой, покинул кабинет.
Только когда за ним захлопнулась дверь, принцесса поняла, что задержала дыхание, боясь удара или любого другого необдуманного движения. Она с шумом выдохнула воздух, пытаясь избавиться от волнения.
Аруло, неслышно появившийся у нее из-за спины, поставил свою ношу на стол, и замер за спинкой кресла. Лилибель казалось, что она чувствует его взгляд своим затылком, но вместо того, чтобы нервничать, позволила своему телу расслабиться, поджав под себя ноги и откинувшись спиной на мягкую кожу.
– Ты же не убьешь их? – едва слышно спросила девушка.
Наедине она могла позволить себе напрочь забыть про этикет: это было одним из первых, что сказал ей Аруло при их знакомстве. Поначалу это казалось Лилибель странным, но со временем она настолько привыкла, что пересекая порог кабинета избавлялась от остатков любезности, как от надоевшего плаща. Иногда она даже могла представить, что находится наедине со своим другом. Впрочем, временами так оно и было.
– Даже не задумывался бы, если бы с тобой что-то случилось. Но ты вроде цела, так что могу отложить свое решение до допроса, – судя по тому, насколько тихим, и в то же время близким был голос, он облокотился на спинку кресла. Тон стал размеренным и ленивым, словно довольное мурчание пригревшегося кота. – Так ты и правда совсем не пострадала?
– Только ударилась затылком, когда не слишком удачно завершила свой побег.