Читаем Архонт росский полностью

Однако Пиперат не был бы потомком старинного византийского рода, если бы не умел извлекать тройную пользу из любого действия. И сейчас у него появился уникальный шанс: показать обществу настоящего варвара. Торжественный ужин в доме патрикия, в котором как раз гостит всамделишный кровожадный росс, идеальная возможность поднять свою репутацию. Это все равно что привести в триклиний черногривого льва и посадить за общий стол. Будоражащая приправа к изысканным яствам.

Юный архонт снова удивил: пришел на ужин не один, а со своим кентархом. И патрикий даже пожурил себя, что сам не сообразил позвать это чудовище. Архонт Сергий слишком юн и красив, чтобы пугать по-настоящему. А вот его кентарх смотрелся идеально. Дикий зверь. Глянет — и холодок вдоль спины. А ну как бросится?

Да, варвары-россы стали звездами вечера, затмив приглашенных музыкантш и даже томленую зайчатину в винном соусе. Об этом ужине будут еще долго судачить. Огромный татуированный варвар с прозвищем Убийца и его архонт, белокурый светлоглазый юноша с двумя клинками в богатых ножнах, с коими отказался расстаться, даже садясь за стол. Эти мечи — и отменный столичный выговор плюс безупречные манеры. Какой контраст! Вдобавок архонт юн и статен, как языческий бог. Что за вызов христианской морали и добродетели!

Мораль и добродетель проиграли всухую. Шесть дам, присутствующих на пиру, немедленно возмечтали заманить одного из варваров на ложе страсти. Даже жена самого Пиперата, благородная домина из рода, уходящего корнями к тем самым Корнелиям, не стала исключением, хотя ее симпатии были обращены в большей степени к Дёрруду.

— Настоящий зверь, — шепнула она своей золовке Юлии.

— Который из них? — Сестра хозяина вечера тоже сделала свой выбор. В пользу более юного.

— Конечно, тот, что с синевой на руках! Будто медвежьи лапы! Брр… Как бы я хотела в этих руках оказаться! Но увы! — Женщина потупила взор и перекрестилась.

— А я окажусь, — решительно заявила Юлия. — Только не у того, кто служит, а у того, кому служат. У него такие глаза… Он только посмотрел на меня, а я уже намокла. Спорим, сегодня он будет спать со мной?

— Как можно? — лицемерно возмутилась жена Пиперата. — Он же варвар. Наверняка язычник.

— Тем пикантнее, — Юлия томно вздохнула. — Как он держится. Наверняка в его жилах кровь древних королей. Возможно, тех самых, что когда-то завоевали Рим. Так что, спорим?

— Нет, — невестка опустила голову, чтобы Юлия не прочитала в ее глазах жгучую зависть.

* * *

Сергей этого разговора не услышал, но он и без того развлекался вовсю. Изысканное удовольствие — шокировать византийскую аристократию безукоризненным знанием этикета. Не зря в свое время его натаскивали лучшие столичные специалисты. Говорить, ходить, носить одежду. И главное — преподносить себя. Чтобы за двести метров было видно: аристократ. Все остальное: как здороваться, кому кланяться, а кому милостиво кивнуть, чем и что есть — уже вторично. Само собой, это Сергей тоже умел. Знал, когда и какие вилочки в ход пускать, когда ножичек брать, когда рукой пособить, а когда ручек не марать, дать поработать прислужнику.

Такой вот сюрприз благородным константинопольцам, которые рассчитывали поглядеть на прирученную зверушку. А «зверушку» в пору на торжественное мероприятие в императорский дворец приглашать: не оплошает.

И надо отметить, не оплошал бы. Поскольку бывал на таких мероприятиях Сергей Иванович Духарев, он же — спафарий Сергий, не единожды. Он и светскую беседу поддерживать умел, и собеседника разговорить. Особенно слегка подвыпившего собеседника. Ну а как не разговориться, если тебя слушают с таким ненаигранным вниманием? Да еще вприкуску с нежнейшей фазанятиной под бокал выдержанного вина.

Слушал Сергей и впрямь очень внимательно. Собравшиеся здесь пусть и не были высшей властью, но были вхожи. И в политических тонкостях разбирались ничуть не хуже логофета или императорского постельничего. А что говорили иносказательно, используя полунамеки и аллегории, так это ожидаемо. Византийцы же.

Сергей покосился на Дёрруда. Вот кто наверняка порадовал гостей. Мощь и угроза. Но — под контролем.

Убийца был начеку. Вино употреблял в меру. Здесь не княжий пир. Друзей у хёвдинга здесь нет. Многозначительные женские взгляды оставляли Дёрруда равнодушным. Ну а дальше взглядов дело пока не шло. Варвары ведь отличались не только свирепостью, но и непредсказуемостью. Тем более варвары с оружием. На пиру с оружием — не принято. Нет, есть, конечно, исключения. Например, когда оружие — знак статуса. Может, и у этих так же?

Спросить у Дёрруда никто не рискнул.

А вот у Сергея спросили. Но позже.

Перемены блюд следовали одна за другой, амфоры пустели, и благородные гости все больше и больше расслаблялись, постепенно забывая и о манерах, и об осторожности. А чего стесняться, если все свои. Считай, родственники. А младший варвар… Он такой юный, милый, вежливый: не грубит, не спорит, улыбается…