— Я понимаю, — кивнул Сергей. — Тебе вернут часть оружия и дадут коня. И спутника из ваших, которого ты выберешь сам. Ему тоже дадут коня. Но прежде, чем я вас отпущу, вы оба поклянетесь, что расскажете хакану хузар правду: то, что этот по-разбойничьи напал на путников, похитил мою жену и остался живым и целым только потому, что я собираюсь продать его тушу за полновесное серебро. Поклянись в этом перед своим богом, а мы и твои единоверцы станем свидетелями твоей клятвы!

— Я поклянусь, — пообещал исмаилит. Помедлил немного, но все же рискнул, спросил: — Что ты сделаешь с моими соратниками, бек?

— Отпущу. Если поклянутся не вредить мне и моему роду. И учти: здесь нет муллы, но эта земля — особое место. Все клятвы, которые вы дадите, будут услышаны. И еще: вы должны похоронить ваших погибших. Нехорошо, если тела таких славных воинов сожрут волки.

— Верные слова, бек, — исмаилит склонил голову. — Ты справедлив и щедр.

— Справедлив, — согласился Сергей. — Но не щедр. Коней я дам только тебе и твоему спутнику.

— Это было просто, — сказал Сергей. — Даже лучше, чем мы задумали. И я не сомневаюсь, что этот воин сдержит обещание. А я, в свою очередь, сдержу свое. Хотите на него посмотреть?

— Конечно хотим! — воскликнул Машег.

— Только так, чтобы он нас не увидел, — уточнил Ноам.

— Как скажете, — согласился Сергей. — Пожалуйте в свинарник.

— Куда⁈

— В свинарник, — невозмутимо ответил Сергей. — Нет, я не собираюсь угощать вас свининой, только посмотреть.

— Ты его что, в свинарнике держишь? — развеселился Машег.

— Ну я же обещал его откормить, — напомнил Сергей. — Как свинку. Вот и откармливаю. Конечно, свинки у меня посвободнее живут. Без цепи. Но свинки, они знают, что им тут хорошо, а этот уже трижды сбежать пытался. И кушать не хотел. Но я ему объяснил, что, если он начнет худеть, я потеряю свое серебро. А он — большие пальцы. И еще что-нибудь не тяжелое, но важное. Так что теперь все хорошо. Питается вместе с хрюшками.

<p>Глава 9</p>

Глава девятая. Как сделать верного человека предателем

— Ты спятил? — негромко поинтересовался великий князь Олег.

Сергей глянул на Внислава. Большой воевода был доволен. Чуть ли не потирал от радости лопатообразные ладошки. Можно не сомневаться, что он и настучал. А Сергей думал, они ладят.

— Варт в своем праве! — вступился за Сергея князь Игорь. — Кабы у меня жену украли, я бы тоже не спустил!

— У тебя покуда нет жены, — не глядя бросил Олег, не сводивший глаз с Сергея. — Хочешь поссорить меня с хузарами, княжич?

«Хорошо, что они не знают, что вместо Искоры подставная девка была», — подумал Сергей.

— Я? — поднял бровь Сергей. — Разве это я у хузарина жену украл? Или, может, поступил не по Правде? Я ведь его не убил, не покалечил. Живым оставил.

— Он его со свиньями держит! — наябедничал воевода. — Родича самого хакана — со свиньями! А у них свинья — животное позорное! От такого у них урон чести несмываемый! Всему роду урон! А род-то непростой! Самого хакана род! — Внислав воздел палец к потолку.

«И кто же тебя так просветил, воевода полянский? — подумал Сергей. — И чем заинтересовал? Или настолько меня не любишь?»

Сергей демонстративно посмотрел вверх, пожал плечами.

— Не вижу, — сообщил он.

— Чего ты не видишь? — нахмурился Олег.

— Хакана там не вижу. Балки вижу, потолок тоже, который, кстати, неплохо было бы от сажи почистить, а вот хакана Беньяху не наблюдаю.

— Правда это, насчет свиней? — спросил Олег.

— Что хузары их стараются не есть, знаю, да. Но я же его не свининой кормлю. А сам он пока ни одной не загрыз. И не загрызет. Цепь не позволит.

— Он у него еще и на цепи сидит! Сын великого князя хузарского — на цепи!

— Что-то ты, Внислав, сегодня за хузар сильно заступаешься, — произнес Игорь. — Раньше не замечал я у тебя особой к ним любви.

— Может, он веру хузарскую принять решил? — невинным голосом предположил Сергей. — Стручок подрежет, кудряшки отрастит…

— Что ты лжешь, мальчишка⁈ — взревел Внислав.

Опаньки.

Сергей мгновенно перестал улыбаться.

— Ты, пес полянский, тявкай, да меру знай! — рявкнул он. — Хвост под брюхом держи, когда с варяжским княжичем говоришь! Еще раз такое ляпнешь — со мной на перекресток пойдешь!

— Замолчали оба! — Олег грохнул кулаком по подлокотнику кресла, на котором восседал. — А ты, Вартислав, отвечай за то, что сделал!

— Я отвечу, Хельгу, — Сергей поднялся. — Тебе отвечу, ему, — кивок в сторону Игоря. — Но кобеля своего брехливого в будку загони, чтоб я его не видел и не слышал. Еще раз пасть разинет, я ему зубы вышибу. Палкой.

Внислав от возмущения и обиды даже дар речи потерял: только рот открывал-закрывал, как рыба на берегу.

— А и впрямь, ушел бы ты куда-нибудь, воевода, — сказал Игорь. — Мы тут сами, по-родственному поговорим.

Внислав развернулся к Олегу:

— Батько! Ты видишь, как тут со мной?..

Олег же сейчас смотрел на левую руку Сергея, пальцы которой соединились в воинский знак: «Тишина. Угроза».

Внислав шуйцы Сергея не видел, потому слова великого князя стали для него сюрпризом.