Читаем Архиведьма полностью

Я отодвинула стул, плюхнулась на него, водрузила тарелку на стол и стала беззастенчиво жевать. Арс насуплено на меня смотрел, но молчал, Серин упорно пытался скрыть улыбку, но у него это плохо получалось. Доев завтрак, я внимательно посмотрела на бородача и нагло осведомилась:

— А кофе у любезного хозяина в доме имеется?

Он побагровел, сжал кулаки, но продолжил молчать.

— Ну, ладно, пойду сама посмотрю.

С этими словами я встала и направилась на кухню. Сзади послышался «пух», как будто плотно закрытый кипящий чайник все-таки выплюнул крышку. Серин захохотал в голос.

— Эти забавные животные, — пробурчала я и пошла искать кофе.

Он все-таки нашелся на полке. Заварив в кастрюльке (другой подходящей посуды не нашлось) сего напитка, я перелила его в чайник, поставила на поднос три чашки и пошла обратно в гостиную.

— Кто будет кофе? — бодренько осведомилась я, расставляя чашки.

— С удовольствием, — тут же принял мое предложение Серин.

— Только предупреждаю сразу, кофе варить не умею, поэтому за результат не отвечаю!

— Ничего, вира сложно отравить.

— Арс? — я повернулась к виру. Он набычился еще больше.

— Странный он какой-то, — громким шепотом на ушко сказала я Серину. — Ты не в курсе, он в детстве головой не стукался?

Арс резко вскочил со своего места, чуть не уронив стул.

— Сядь, — приказал Серин таким тоном, что мне тоже захотелось присесть. — А теперь давай договоримся так. Я дозволяю общаться с ней, НО держи себя в руках. Понял?

— Да, господин.

— Мира, теперь и ты можешь к нему обращаться.

— Любезнейше спасибо, но, если ты не заметил, именно этим я и занимаюсь последние десять минут, а он только пыхтит и надувается.

Бородатый потер ладонями лоб и вполне мирным тоном сказал, протягивая для рукопожатия руку:

— Меня зовут Рандарс.

Я пожала протянутую руку.

— Мира, как ты уже заметил. Кофе будешь?

— Буду, — промычал он и сам налил себе в чашку напиток. — Спасибо.

— Что у вас за обычаи такие дикие? — удивлялась я, допивая уже третью чашку чая, развалившись в гамаке на заднем дворе, где целый день мы довольно мило беседовали с бородатым.

— Они не дикие, они справедливые, — поправил меня Ранд (я решила называть его именно так, чтобы каждый раз не расстраиваться, а он был и не против).

На самом деле Ранд оказался милейшим малым. Просто воспитание не позволяло ему спокойно смотреть на то, как я рушу все устои вирской этики.

— Все наши обычаи и верования, — объяснял мне вир, — создавались веками и, можно так сказать, писаны кровью. Когда вир умирает, он не может просто так пройти грань, ибо он и при жизни может там спокойно находится. Нашему народу хватает на это сил, поэтому «скорости полета» через грань у нас нет. Именно для того и был придуман этот обряд. С помощью принимающего передающий проскакивает грань в мгновение ока, чтобы навеки упокоится в чертоге Мораны.

— Мораны?

— Да. Так зовут Смерть.

— Никогда бы не подумала, что у нее есть имя. Обычно ее описывают либо старухой в балахоне, либо скелетом с косой, а уж эту-то прелесть по имени звать точно не станешь, — меня аж передернуло, отчего я тут же облилась чаем.

— Наши обычаи вообще сильно различаются, так что не забивай себе прекрасную головку всякой ненужной ерундой.

— Ерундой, ха! Если бы ерундой. Неизвестно еще, сколько этот изувер будет меня на поводке водить, — пробурчала я.

— Я все слышу! — раздалось из дома.

— Ты всегда все слышишь! — крикнула я в ответ так громко, что бородатый зажал уши. — Тебе не привыкать!

— И как ты еще жива? — удивился Ранд.

— А что такое?

— Вообще-то, если ты передала жизнь Серину, то ты не имеешь права ему перечить.

— Фи, вот еще! А у вас есть интересные обычаи?

— Конечно, есть! Каждый сезон! Например, Середина Лета. В ночь после самого длинного дня, он еще зовется днем летнего солнцестояния, все население Империи выходит в карнавальных костюмах ровно в полночь и гуляет до утра. Устраивается пир горой, различные представления. Впрочем, ты сама увидишь. Вы должны успеть добраться в Империю до праздника.

— Ню-ню. Боюсь, Серин меня вообще из дома не выпустит. Кстати, а почему ты зовешь его по-другому?

— Еще одно отличие в обычаях. Люди сокращают имена по начальной части, а мы по конечной. Как твое полное имя?

— Мирая Вилаэль. Оно у меня двойное. Папаня пошутил, назвал деревенскую девчонку, как иноземную принцессу.

— Как знать, — задумчиво протянул Ранд. — Mieraiya Vhi'Laelle — Воскресшая Любовь — достойное имя.

— В смысле? — я даже качаться в гамаке перестала.

— На нашем языке твое имя именно это и означает.

— Вот совпадения бывают! — удивилась я.

— Бывают, — подтвердил Ранд. — Так вот об обычаях, я бы сократил твое имя до Лаэль.

— Скажи, почему ты покинул Империю? — попросила я и, спохватившись, добавила. — Конечно, если не хочешь, можешь не рассказывать.

— Это долгая и печальная история, — погрустнел вир. — Но, если хочешь, могу рассказать, я не делаю из этого секрета.

— Давай.