Читаем Архиведьма полностью

Все это я уже читала, когда оказалась впервые на веселом кладбище. Я сильно трусила и почти сбежала оттуда, когда первый «клиент» вылез из-под земли прямо у меня перед носом. Мы минут пять побегали кругами вокруг могил, развлечение продолжалось бы и дальше, но, на мое счастье, зомби споткнулся о корень дерева и упал, самопроизвольно развалившись на составляющие. Мне оставалось только сгрести все в кучу, поджечь и получить свои деньги. Но самое страшное было утром, когда Арс прознал, чем я занималась ночью.

Он опекает меня, как малое дитя. Поначалу это очень нравилось, потом начало раздражать, а теперь откровенно бесит. Подумать только, еще пару лет назад я бы грохнулась в обморок от счастья, если бы узнала, что мы будем вместе. До сих пор помню свои первые дни в Академии, будто это было вчера.

На встрече новичков он усиленно игнорировал меня, будто мы и не знакомы вовсе, хотя сам же пару часов назад определил нас с подругой в одну из лучших комнат. На банкете мы сидели в разных концах стола, а после поговорить нам так и не удалось, поскольку он очень быстро направился домой. Целую неделю я маялась и страдала, не зная, что и думать, пока не пришло время первого занятия по его предмету.

«Страноведение и обычаи рас» было первым занятием в этот день. Я почти не спала ночью, все время крутилась и заснула лишь под утро, поэтому, естественно, проспала, и единственное свободное место было только в первом ряду. Усевшись туда, я даже обрадовалась, так я буду ближе к нему. И вот он вошел в аудиторию, прошел к своему столу, развернул свиток и начал перекличку. Когда он назвал мое имя, я встала, в надежде что он хотя бы улыбнется мне, но нет, он мазнул по мне безразличным взглядом и назвал следующего студента. Мой конспект той лекции ограничился двумя строчками:

«Страноведение и обычаи рас.

Преподаватель — Магистр пятой ступени воздушной стихии Арсений Каброн».

Даже тычки со стороны Миры не смогли меня вывести из апатии, в которую я скатилась, поняв, что для него я, как и предупреждал Учитель, лишь одна из многих и вовсе не единственная. Прозвенел звонок, возвещая начало перемены. Все студенты быстро собрались и побежали в столовую на завтрак. Мираэль в очередной раз пихнула меня под ребра и сказала, что ждет в коридоре. Я беспорядочно покидала все вещи в сумку и, понурившись, отправилась к двери.

— Мирая, — вывел меня из оцепенения голос Арсения, — что с тобой? Тебе плохо?

— Нет, Магистр Арсений. Вам показалось.

— Ну, раз показалось, — и он не спеша подошел ко мне, взял сумку из моей обмякшей руки и кинул на пол, затем приподнял за подбородок мою голову, заставляя посмотреть ему в глаза. — Так о чем ты все занятие грустила? Учти в конце семестра зачет, — шутливо пригрозил Арс, — я буду строго спрашивать.

А я просто смотрела ему в глаза и понимала, что тону. Он нежно погладил меня по щеке и крепко прижал к себе. Сладкая дрожь пробежала по телу, и я подалась вперед, впиваясь в его губы поцелуем. В тот день я осталась без завтрака.

После этого каждый вечер мы проводили вместе. После занятий он перемещался к нам в гостиную, а Мираэль старалась куда-нибудь удалиться. Иногда мы выбирались за город на пикник втроем. Мне было хорошо. Поначалу Арс старался не афишировать наши отношения в Академии, но сплетников во все времена было навалом, поэтому уже через год мы перестали прятаться по углам, и открыто выходили вместе.

Мираэль и Викториан явно не одобряли мой выбор, но благоразумно молчали, словно ждали, чем все закончится, готовые в любой момент начать меня утешать. Но я упорно цеплялась за эти отношения, как утопающий за соломинку. Как бы странно это ни звучало, но, несмотря на все наши ссоры, мы действительно любили. Поэтому до сих пор и терпели все закидоны друг друга.

Арс обязательно завтра на экзамене отыграется на мне за своеволие. Ну и пусть, все равно когда-нибудь, да поставит оценку. Главное, помириться, а это самое сложное.

На плечо мне опустилось что-то тяжелое. Книга тревожно завибрировала. Опа-опа-опа-па. Похоже, наступление полуночи я все-таки пропустила. Повернув голову, я пригляделась — рука была ровная, белая, значит в хорошем состоянии, это уже сложнее. Вежливо сняв конечность со своего плеча, я быстро прикрепила мигом уменьшившуюся Книгу к медальону, выхватила из ножен меч и в прыжке развернулась.

— Ну, здравствуй, зомби для битья.

— Ну, здравствуй, поздний ужин, — пророкотало тело.

Плохо дело, разговаривать могут только моровые зомби высшего порядка, семьсот делар, не меньше. Кому-то явно эта деревенька насолила. Я осторожно двинулась назад, держа меч перед собой. Убить не убью, но конечности пообрубаю. Зомби с гаденькой улыбочкой двинулся на меня, на удивление, не делая резких движений. Через пару мгновений я поняла, почему. Вокруг нашей милой парочки заворочалась земля, и из каждой второй могилы показалось по руке.