Читаем Архипов. Стратег полностью

– Живите, мальцы! – крикнул капитан, прежде чем граната взорвалась. Старик сполз, а сквозь его шинель проступали кровавые пятна. Подскочил к нему и вылил обе фляги – сначала обработал мертвой водой, а потом сделал повязку из живой воды.

– Где сестры? Его нужно срочно к целителям, шанс есть!

Две девушки тут же понесли Гордеева, а мы рассредоточились по местности, чтобы вторая граната не прилетела туда же. Бой и не думал прекращаться, и над нашими головами свистели пули.

– Сейчас! – две моих иллюзии выскочили одновременно по краям траншеи и помчались вперед. Естественно, буквально через пару мгновений они оказались уничтожены прицельным огнем. Но это дало возможность ребятам пробежать несколько метров до следующего укрытия. Как только мехи переключились на них, настал мой черед бежать.

Прыгнул в яму, оставленную после взрыва артиллерийского снаряда. Говорят, бомба два раза в одно место не падает, вот и проверим. Совсем рядом ощущал тяжелый шаг меха. Кажется, Змий. В любом случае, кто бы там ни оказался, на ближней дистанции он смертельно опасен. Если заметит – мне конец. Не дышу и стараюсь сделать вид, что вообще меня не существует. Стоп! А если создать иллюзию, что здесь растет куст? Пара секунд провозился с визуализацией и готово!

Я кустик-кустик-кустик, совсем не мозгокрут, а если скажет кто иначе, не верь – безбожно врут!

Мех проходит мимо, поливая ребят очередями из пулемета, сопла горят, готовясь в любой момент изрыгнуть струю жидкого огня. Не выйдет! Швыряю гранату прямо в бак с жидким огнем. Взрыв, и мех вспыхивает, словно спичка, поднесенная к костру. Вот только моя маскировка теперь бесполезна. Британский Райордан несется ко мне на полной скорости и уже готовится меня разорвать. Ребята не успевают помочь, а рука сама тянется к талисману, подаренному Полиной. Точно!

Швыряю еще одну гранату прямо под ноги Райордану и активирую камень. Меня окутывает защитный купол, который закрывает от атаки меха, а заодно и от летящих во все стороны осколков. Готов!

Земля трясется подо мной, и я понимаю, что на этот раз мехи приближаются с нашей стороны, а рядом со мной в яму падает Макарыч.

– Наша масть пошла, Андрюха!

– Это что еще за образина? – невольно повернулся в сторону огромного меха, который шагал мимо нас. Метра четыре высотой, мощная ходовая и две башни, оснащенные пушками и пулеметами. Настоящая ходячая крепость. Земля начинала трястись, когда он поставил огромную ногу.

– Царь-мех! – гордо выпалил Макарыч. – Сейчас он полякам даст прикурить!

Естественно, меха заметили издалека. Трудно проморгать шагающую стальную гору, которая возвышается над землей. Один из снарядов угодил в меха, но он даже не покачнулся, а вот мы попрятались в окопы, чтобы не зацепило осколками. Еще пара снарядов упала рядом, а потом начался сущий ад. Наводчики, сидящие внутри царь-меха, обозначили цели, откуда велся обстрел, а канониры начали работать по координатам. Две крупные и две более мелкие пушки начали палить одна за другой, перемалывая позиции врага. Следом за царь-мехом пошли Витязи. Штук восемь, не меньше. Один из мехов вспыхнул и остановился, а потом по нему начали массово отрабатывать пушки врага.

– Мехобоев подтянули, ты гляди! – выругался Макарыч, настреливая в сторону польских блиндажей. – Давайте, парни, надо прижать их, пока они мехов наших не побили.

Правда, уже через минуту появились Барсы, которые ринулись к вражеским укреплениям. Теперь я полякам не завидовал. Барсы предназначались как раз для борьбы со слабыми мехами и пехотой, и вот последним сейчас будет некисло. На каких-то частях фронта уже стрекотали пулеметы Барсов, а позже лязг железа и предсмертные крики слились в одну общую какофонию. Рядом все еще продолжали падать и рваться снаряды, но с каждой минутой все реже. Поляки попросту не ожидали прорыва в этой части фронта и не успели подтянуть сюда достаточное количество мехов, чтобы остановить контрнаступление. Те жалкие две роты мехов, которые стали на пути у нашей армии, были сметены за несколько минут боя.

– Виктория, господа! – Фрязин стянул с головы шапку и подбросил ее в воздух.