Читаем Архипов. Стратег полностью

Встреча с ребятами из нашей сотни выдалась теплой. Ей все также командовал майор Булатов. На месте встретились с Фрязиным и Суровцевым, которые оправились после ранений и вернулись в строй. Тут же были Буров, Аглицкая и Матвеев. Остальные ребята располагались немного на других позициях и увидеться сними не вышло. Хотя, там и встречаться было особо не с кем. Головина и Арнаутова с Елизаровым я и видеть не хотел, а на Аглицкую насмотрюсь в академии. А вот встретить живыми и здоровыми Макарыча с Климом был очень даже рад.

– По какому поводу веселье? – тут же к нам в блиндаж спустился капитан Гордеев. – О, Архипов вернулся!

Услышав о моем возвращении, подтянулись ребята из механизированного взвода.

– Гера! – ко мне шагал, улыбаясь во весь рот, Булычев. – Ты-то здесь какими судьбами?

– Ну, много наших ребят выбили во время боев в Полоцком княжестве, так что нас посадили на позиции механиков. Я Барсом управляю, а есть ребята, кому и в Витязя позволили забраться. Мы вас прикрывать будем во время боя, так что не волнуйтесь!

Булычев махнул рукой и помчался обратно к мехам, потому как им поступила команда готовиться. Мы же устроились справа от озера, не позволяя противнику обойти наши позиции с фланга.

– Ребята, есть идея! – стоило мне взглянуть на прошлогодний густой камыш, который доходил метров до трех в высоту, как я вспомнил наш разговор с дедом. Он ведь никогда ничего не говорил понапрасну. Если сработала связь, родственники непременно постараются передать что-то важное.

Срубить камыш оказалось делом нехитрым. Укрыли свои позиции и схоронились.

– Ребята, гляди что за штуковина плывет! – Макарыч указал пальцем в небо, где двигался летательный аппарат.

– Так это же дирижабль! Что, такого раньше не видели? – я посмотрел на остальных и понял, что для этого мира дирижабли в диковинку. Видимо, подкинули союзники новинку в вооружении. Эх, это они еще наши беспилотники не видели…

– И что нам ждать от этой дряни?

– Воздушную разведку в первую очередь. Ну, и бомбы тоже могут прилететь, причем, неслабые.

– Сейчас я ее проверю на прочность! – Клим потянулся к своей чудо-винтовке, но я его остановил.

– Тихо! Во-первых, испортишь нам все прикрытие, а во-вторых, только патроны почем зря истратишь. Вероятность, что получится разорвать обишвку в клочья крайне мала. Такие штуковины способны подкачивать воздух и выдерживать даже небольшие пробоины.

– И что нам делать? Ждать, пока он сбросит нам на головы бомбы и уплывет обратно? – закипал Гордеев.

– Нам – ждать нападения пехоты и мехов, а дирижаблем займется артиллерия.

Мысленно связался с псиоником, который был приставлен к артиллерийской батарее. Очень скоро в небо взлетели первые снаряды, которые прочертили воздух и начали разрываться при попадании в дирижабль. Начиненные шрапнелью снаряды наносили критические повреждения летательному аппарату, и очень скоро тот загорелся прямо в воздухе и рухнул на позиции своих же союзников, вызвав панику в рядах поляков.

Нам это оказалось только на руку, потому как атака захлебнулась и полякам пришлось срочно отступать, чтобы перегруппироваться. Но выиграть удалось лишь полчаса. Новая атака пошла на наши позиции, рядом била артиллерия, но нас не трогали. А потом пехота при поддержке мехов пошла в обход озера и вышла прямиком на наши позиции. Значит нет среди них сильных псиоников, которые идут впереди и прощупывают почву ментальной сетью.

– Пли! – скомандовал Булатов, когда между нами осталось меньше сотни метров, и прозвучала одновременно сотня выстрелов. Два Змия и Базилевс загорелись, с дюжину бойцов рухнули, словно подкошенные.

Пораженный неожиданной атакой враг залег и попытался уйти с простреливаемой позиции, потому как сейчас они были как на ладони. Пользуясь случаем, в атаку пошли наши мехи.

– Ребята, поможем нашим! – скомандовал Булатов, поднимая нашу роту в атаку.

Нам удалось продавить фронт метров на триста, пока не столкнулись с жестким сопротивлением. Все это время противник отступал и нес потери. Вот только теперь против нас бросили мехов, а наши мехобои не справлялись с таким настиском. В отсутствие вражеских псиоников, я сливал свой дар на фантомы – каждую минуту появлялось три-четыре иллюзии мехобоев, которые занимали окопы и вроде как даже вели стрельбы по мехам. Их утюжили всем, что только было под рукой, давая реальным ребятам время и шанс.

Барс, в котором сидел Булычев, оказался подбит и не смог самостоятельно выбраться с поля боя. Надеюсь, с Герой все в порядке. Вот только рано или поздно его примут в оборот. Один из Витязей превратился в груду искореженного металла после плотного огня вражеских мехобоев. Ситуация становилась критической, но отступать было некуда. Нам оставалось только стараться подойти поближе и попытаться взорвать мехов гранатами.

Одна из гранат прилетела со стороны поляков прямо под ноги Климу. Парень испуганно отшатнулся в сторону, а Гордеев не растерялся и закрыл парня своим телом.