— Будущее… — произнес Орк, несильно растягивая слова. — Для большинства из вас, орки мои, это абсолютно непонятный термин, особенно — далекое будущее, выходящее за пределы нескольких дней. Всего несколько следующих дней кажутся будущим, и вы не можете представить, что случится на их исходе… Вы живете здесь и сейчас, орки мои, вас отучили думать о том, что будет завтра, вас вообще отучили думать, изгадив головы оглушающим потоком информационного мусора. Будущее для вас — это туман абсолютной безвестности и сто тридцать первая серия бесконечного шоу о войнах космической империи, приближающиеся праздники и срок платить по кредиту. А значит, будущего для вас нет — но почему? Почему у вас отняли будущее, орки мои? Чем вы провинились? Зачем вас научили считать, что нет ничего важнее "здесь и сейчас"? Зачем подрезали крылья? Ответ прост: о будущем имеют право думать хозяева, но не рабы. Время для всех разное, для вас оно — работа и кредит, для ваших повелителей — жизнь. И они сделают все, чтобы так оставалось впредь. Чтобы только они определяли, каким будет будущее.

Орк сидел в той же студии, которую Джефферсон помнил по предыдущим записям: в очень темной комнате, стену которой разрывала грубая белая надпись:

Сегодня он был одет в черную мантию с капюшоном и держал в руке круглые карманные часы. Судя по всему — золотые. Сделав паузу, Орк щелчком откинул крышку, посмотрел на циферблат так, словно его действительно интересовало время, и продолжил:

— Вы спрашиваете, почему сейчас, убивая, я говорю о будущем? Потому что все из-за него, орки мои, все только из-за него. Все, что происходит вокруг, делается ради того, что случится потом, ради будущего — ведь время необратимо. Жизнь необратима, орки мои, никто не живет назад, только вперед — в будущее! Тот, кто это понимает, — владеет вами! И живет, сметая преграды настоящего, — живет вперед! В будущее направлены стремления и мечты — не в прошлое! В будущее направлено время и жизнь, сама идея жизни — в будущем! И если у вас нет будущего — у вас нет ничего, даже жизни.

На этих словах Орк впервые посмотрел в камеру и снял smartverre, открывая миру лицо.

— А кто вы без стремлений, орки? Что будет, если исчезнут ваши мечты? Только ваши… Вы понимаете меня? Вы понимаете, что времени плевать, — оно все равно идет, стрелки крутятся, отсчитывая секунды, будущее все равно наступит, и вопрос лишь в том, кто его создаст: вы или те, кто вас презирает? И если будущее создадут они, вас в нем не окажется.

Орк захлопнул крышку часов, грустно улыбнулся и устало закончил:

— Я не вижу ваших глаз, орки, но надеюсь, в них блеснули огоньки понимания. Надеюсь, глядя на меня, вы не только рычали от ненависти, но и слушали. И если вы слушали, вы уже поняли, что kamataYan — это не вирус. Это будущее, которое я вам дарю. Будущее, в котором вы есть.

* * *

Я не знаю, в каком году вы прочитали мой дневник.

Возможно, описанное в нем настоящее давно перестало быть для вас близким будущим и превратилось в настолько далекое прошлое, что вы приняли мою историю за художественный вымысел. Возможно, вы снимаете респиратор, только оказавшись в герметичном бункере, питаетесь крысами, пьете восстановленную воду и каждый час посылаете в мой адрес проклятия.

Возможно, вы умерли.

Возможно, вы убили меня и так спаслись.

Я не знаю, что для вас реальность и какую картину мира вам велено считать единственно верной. Да и плевать я на это хотел, потому что если вы прочитали книгу, вы уже знаете все, что нужно. А теперь закройте ее, отложите в сторону и помолчите.

И вспомните, как все будет.

kamataYan

язык: тагальский

часть речи: существительное

значение: смерть

Эпизод второй. suMpa