Читаем Аргентинское танго полностью

У Рауля была назначена на шесть часов встреча с массажистом в оздоровительном центре, но он понимал, что девушка интересуется вовсе не его распорядком дня.

— Сегодня вечером Мартин Чет устраивает прием, чтобы отпраздновать выигрыш кубка, — сказал он.

— Вернее сказать: чтобы позлорадствовать по поводу выигрыша кубка, — поправила Триша, а затем прибавила: — Вам это не понравится. У Мартина всегда бывают ужасные вечеринки. Почему бы вам не улизнуть оттуда пораньше? Мы могли бы где-нибудь встретиться.

— Сколько вам лет?

Сам он точно определить ее возраст не мог. Ему доводилось встречать девушек, которым он давал на вид восемнадцать лет или более того, а потом узнавал, что им всего лишь четырнадцать. Совсем еще дети. А дети его не прельщали.

Триша слегка поколебалась, затем пожала плечами:

— Семнадцать. Думаю, вы не считаете меня слишком старой?

— Нет. Слишком юной.

Рауль был старше ее на двадцать лет. Ему льстило, что девушка находит его привлекательным, но он давно уже решил: самое мудрое — это вообще не связываться с хорошенькими юными девицами из богатых семейств.

Триша замедлила шаги, и лошади почти уткнулись мордами в ее спину.

— Наш трейлер стоит вон там, — показала она, имея в виду, что дорожки их расходятся. — Скажите, а изменилось бы что-нибудь, скажи я вам, что мне восемнадцать? Именно столько мне будет через два месяца. Вы мне нравитесь, и я хотела бы встретиться с вами опять.

Она не просила Рауля передумать, а бросала ему открытый вызов.

— В этом нет ничего плохого.

— Ну а раз так, то вечером в следующую субботу мои родители устраивают прием. Вы придете?

Она вызывающе склонила голову набок, сверкая темными глазами.

— Я профессионал, — напомнил ей Рауль. — На следующей неделе я буду играть с командой в Бока-Ратоне. Так что, видимо, придется быть там.

— А если сможете, то придете?

— Посмотрим.

— Буду вас ждать.

Одна из лошадей толкнула девушку сзади, торопя ее к конюшням.

— Вы можете разочароваться, — предупредил Рауль.

— Нет, не разочаруюсь. Приходите.

Триша повернулась и повела лошадей к стоящему неподалеку трейлеру.

Все минувшие пятнадцать лет Рауль жил среди богачей. Из них последние десять — среди богачей из многих стран мира. Он обедал за их столами, ночевал в их домах, играл в поло с ними или для них, ездил с ними верхом на охоту, сидел в барах. И он понял, что они ничуть не отличаются от всех прочих людей. Среди них были свои хвастуны и ничтожества, избалованные щенки и болезненно застенчивые дети. Некоторые из них были хорошими людьми, честными и порядочными, а встречались и такие, которым нельзя верить ни на грош. Так что Рауль не мог сразу понять, к какой категории отнести Тришу — он не стал бы так вот, с лету, причислять ее к избалованным, своевольным и взбалмошным особам, какой она казалась на первый взгляд. Он даже не знал, хочется ли ему увидеться с ней опять.

Есть свои преимущества в том, чтобы входить в число лучших в мире игроков в поло. Люди считают за честь то, что он играет с ними. Он не обязан любезничать с их дочерьми и спать с их женами. Поло дает ему независимость и свободу. Он ездит на своих собственных лошадях и приходит и уходит когда захочется.

Рауль постучал по ноге шлемом, который держал в руке, и направился к секции, где стояли его лошади, ведя за собой в поводу рыжего пони.

Породистый гнедой пони повернул голову и насторожил уши, прислушиваясь к шагам Лес, а затем, узнав, заржал. Роб поднял голову и заметил мать. Лес улыбнулась, шагнув ему навстречу.

— Привет, — сказала она и увидела, как сын понурил голову, отказываясь принимать любые знаки симпатии и сочувствия. Этот отпор больно кольнул Лес, и она опустила подбородок так, что широкие поля соломенной шляпы затенили ее лицо.

Она подошла к лошади и погладила ее по морде. Хоть этот-то не чурается ее ласки.

— Ну как ты, моя детка? — проворковала Лес. Гнедой уткнулся носом в вязаный рукав се свитера, откликаясь на ласку и приветливый голос.

— Тяжелая выдалась игра. — Лес внимательно изучала сына. — Ты не хочешь поговорить о ней?

— Нет. Игра закончена, и мы проиграли.

Но Лес-то понимала, что для Роба ничего не закончилось и он продолжает переживать игру так же сильно, как на поле.

— Где Триша? — спросила она.

— В трейлере. Скоро должна вернуться за остальными лошадьми.

Роб безучастно глянул через плечо, словно ожидая, что увидит сестру.

Лес в последний раз потрепала солового по холке и неторопливо, словно прогуливаясь, подошла поближе к Робу и остановилась в небрежной позе, засунув руки в карманы брюк.

— Я только вот о чем подумала: почему бы нам не принять приглашение дяди Майка и не провести ваши каникулы на его даче в Гистаад? А там мы могли бы поехать в Швейцарию покататься на лыжах.

— Нет, не поеду, — безучастно отказался Роб. Он в последний раз с силой провел по лоснящемуся лошадиному боку и сложил замшу вдвое.