Читаем Аргентинское танго полностью

— Подожди, пока не увидишь его, — посоветовал Вик. — Он за это время очень сильно изменился. Этот драный жеребенок превратился в лоснящегося мощного коня.

— Ты должна пойти с нами и посмотреть, как он будет бежать, — потребовала Диана.

Перспектива провести субботу в волнующей и элегантной атмосфере Лоншана привлекала и сама по себе, но еще больше ей хотелось взглянуть на жеребенка, родившегося и выращенного на их Хоупуортской ферме.

— Мы бы с удовольствием пошли. Как ты, Триша? — повернулась она к дочери.

— Звучит заманчиво, — согласилась девушка.

— Тогда решено, — объявил Вик. — Вы будете нашими гостями.

— Слушайте, давайте-ка поговорим попозже. — Лес шагнула к лифту, который бледный темноволосый коридорный все еще держал открытым для нее. — Мы только что приехали. Не успели даже заглянуть в наши комнаты.

— Нам тоже надо бежать, — Диана двинулась в противоположном направлении, к выходу. — Не проводите все свое время на Сент-Оноре. В Лез Алль есть тоже несколько очень элегантных модных магазинов.

Лес улыбнулась, кивнула, принимая совет, и вошла в лифт. Триша и Эмма последовали за ней.

— Господи боже, терпеть не могу, когда начинают разговаривать таким тоном. «Лес, да она у тебя просто красавица», — язвительно передразнила она Диану. — С тем же успехом я могла бы быть не человеком, а платьем. «Лес, какое у тебя красивое платье».

— Она вовсе не имела в виду ничего подобного.

Они зашли в свой номер. Эмма протянула коридорному чаевые.

— Знаю, что не имела, — кивнула Триша, — но меня все равно это раздражает. Я не какой-то принадлежащий тебе неодушевленный объект. И мне кажется, что очень невежливо делать такие замечания, — упрямо проговорила она, а затем заметила, что мать достала из пакета буклет с фотографией на обложке. — Что это у тебя? Какая-то брошюра?

— Кажется, так, — подтвердила Лес, быстро глянув на подпись под запиской, приколотой к книжице. — Ее прислал Рауль Буканан.

Она вытащила скрепку, прикрепляющую записку к обложке, и начала изучать фотографии в брошюрке. Триша пыталась заглянуть ей через плечо.

— Это его школа поло.

На одних фотографиях были запечатлены моменты тренировки, на других — пасущиеся на зеленом пастбище пони, которыми школа обеспечивает своих учеников. Один из снимков привлек внимание Лес. Здание самой школы и конюшни.

— Выглядит не слишком впечатляюще.

— Лес, это школа, а не роскошный отель, — напомнила ей Триша и потянулась к проспекту. — Можно, я посмотрю?

— Конечно, бери. — Лес отдала дочери книжицу, а сама стала читать написанную от руки записку.

Дорогая миссис Томас,

высылаю Вам проспект нашей школы и информационный листок, где перечислены доступные курсы обучения и их стоимость. Думаю, Вы захотите ознакомиться с ними перед нашей встречей во вторник.

Рауль Буканан

Знаменитый ипподром Лоншан расположен в широко раскинувшемся Булонском лесу. Диана, Лес и Триша стояли у загородки внутреннего паддока ипподрома, в котором царила обычная при подготовке к скачкам возбужденная суета, и смотрели на холеных, породистых коней, которых конюхи вводили в белую ограду. Это напоминало идиллическую декорацию. Пышный зеленый ковер, устилающий землю. Бар с шампанским, раскинутый под деревьями. Стеклянная будка на решетчатых столбах для взвешивания жокеев перед скачками. Окна тотализатора и внутреннее телевидение для избранной, хорошо одетой толпы зрителей. Надо всем витал дух старинной аристократии.

— А вот и наш Вагабонд! — Диана Чандлер положила руку на запястье Лес, требуя ее внимания.

Лес посмотрела на вереницу коней, которых вели седлать. Единственным среди них, кто напоминал по масти ее старого знакомца, был высокий, статный светло-золотой жеребец с белой ленточкой, бегущей по центру его изящно вылепленной морды. Лес еще не забыла, что у «недотепы» была на голове белая метка, но это было единственное сходство. Сильный трехлетний скакун ничем больше не походил на того неуклюжего жеребенка, которого она помнила.

— Ну как он? — возбужденно спросила Диана.

Все сомнения пропали, когда Лес увидела тренера Чандлеров — англичанина, широко известного в беговых кругах. Тренер вышел вперед, чтобы встретить конюха, ведущего за собой гнедого жеребца.

— Он великолепен! — воскликнула она.

— Правда, замечательный? — Подруга вся светилась от гордости.

— Думаю, нам нужно для удачи поставить на него, — объявила Триша и обняла мать. — Ну, давай поставим.

— А откуда ты знаешь, что это принесет удачу? — парировала Лес, но позволила дочери увлечь себя из паддока. — Считается, что нельзя ставить на свою собственную лошадь.

— Это же не наша лошадь, — убеждала ее Триша.

— Но родилась-то она и выросла у нас.

— А я поставлю на него немного денег, даже если ты не захочешь. — Триша провела мать через толпу зрителей, скучившихся у паддока, и подтолкнула ее в сторону будок, где принимают ставки.

— Иди. Я подожду тебя здесь.