Читаем Арестантка: Путь на Броссар полностью

Да, Принс вероломно нарушила мои личные границы. Как какая-то разнузданная хулиганка прокралась в душ. Заняться сексом прямо там? Этого она хотела? Её доступность раздражала. Вспомнились слова Смарта. Могла ли Принс действительно целоваться с Сантьяго? Но она же сказала, что моя… Значит, нет? Смарт всё выдумал? Вот только спрашивать напрямую казалось мне низким.

Я, конечно, тоже хорош. Не смог сдержаться. Как же мерзко теперь! Но когда всё происходило, было… превосходно. Принс трепетно реагировала на поцелуи, подавалась назад, отдаваясь моим губам. От этих пьянящих образов мутнело перед глазами.

Принс казалась растерянной и всё стояла, замерев с полотенцем в руках. Я улыбнулся ей. Как бы я ни был зол, её грусть меня ранила.

— Сушись… — я задумался, в чем же ей спать. Мысль о том, что она будет рядом в одном белье, меня пугала. — Что же тебе надеть?

— У меня есть комбинезон, надену его, чтобы тебя не смущать.

Я снова взглянул на Принс, на её мокрый топ-лифчик, сквозь который прорисовывались бусинки сосков, на влажную шею, которую мне всё так же сильно хотелось поцеловать, на покрывшиеся румянцем щеки, и усмехнулся.

— Чтобы меня не смущать, тебе придется надеть бронескаф, да и то не уверен, — я подошёл к стационарному фену и встал под ним. — В комбинезоне тебе будет неудобно спать…

— Переживу, в чем только я не спала, — сказала она, и показалось, что её щеки стали ещё краснее.

Я включил фен и за пару секунд мои волосы стали сухими.

— Ну, мне бы хотелось, чтобы тебе было комфортно… — произнёс я.

Она опустила взгляд в пол:

— Могу надеть футболку, которая лежит у тебя на тумбочке. Она прикроет мне зад.

— Она же ношенная.

— Ношенная тобой, — Принс всё ещё не поднимала глаз. — Мне нравится твой запах.

От этих слов бросило в жар. Я закусил губы и глубоко вздохнул.

— Опять что-то не то сказала? — она потёрла пальцами веки. — Как же я задолбалась что-то неправильно делать и говорить. Хоть рот не открывай и забейся в угол.

Я положил ей руку на плечо.

— Всё нормально. Давай потом поговорим? Исигуро дал мне десять часов, утром будет время, — я скользнул рукой по ее мокрым волосам. — Сушись, я принесу футболку.

Когда я вернулся, она уже высушила и волосы, и бельё. Взяла футболку из моих рук и улыбнулась. Я старался смотреть Принс только в лицо, но получалось не всегда. Вскоре она оказалась в моей футболке. Это странным образом грело душу. Пусть её мне подарил Матео, всё равно.

— Есть новости от Матео? — спросил я.

— Доктор Тардис говорит, что угрозы жизни нет, — Принс ласково потрогала ткань на своих плечах. — Как Конь?

— Смарт ещё не успел посмотреть, — я кисло улыбнулся, открыл гермодверь и направился к кровати, которая располагалась в выемке стены.

Она была небольшой, мы с Принс поместились бы здесь только в обнимку. Стоило представить, как она лежит у меня на груди, а её голые ноги прижимаются к моим, внутри разлилось горячее предвкушение. Зря не согласился, чтобы она надела комбинезон. Но в конце концов я принял решение. Значит, нужно крепиться и надеяться, что усталость возьмёт своё, и второго за полчаса фиаско со мной не случится.

— Ты передумал? — раздалось из-за спины. — Если что, я пойму. Это всего лишь глупость… Дурацкая телячья нежность.

Она отвернулась, её рука скользнула к лицу. Лопатки двинулись под футболкой, приковывая взгляд. Я вспомнил исчерченную ожогами спину, плечи, которые будто просили ласкового прикосновения. И как мне хотелось исцеловать её всю, чтобы исцелить раны.

— Да, это плохая идея, — сказала она, делая шаг с своему комбинезону, что лежал на кровати Исигуро. — Оденусь и пойду в кубрик.

Я молча смотрел на неё: как рассыпаются по вискам тёмные пряди, как блестят в глазах сдерживаемые слёзы. Подумалось, а не мелочны ли мои переживания, по сравнению с тем, что я могу сделать её хоть немного счастливее? Ту, что страдала столько лет на каторге, пока я жил в достатке. Ту, что по какой-то странной причине мне так нравится. Меня разозлило, что она залезла в душ, но в этой встрече среди струек пара было что-то упоительное. То, ради чего можно было плюнуть на кодекс, на своё омерзительное фиаско. В конечном итоге мы даже в завтрашнем дне не уверены. Да я и сам буду счастливее, если Принс останется рядом.

Ничего не говоря, я подошёл к ней, крепко прижал к груди:

— Я тебя никуда не отпущу, — шепнул ей на ухо. — Можно поднять тебя на руки?

Она непонимающе уставилась на меня, а потом её губы дрогнули в открытой улыбке:

— Поднимай.

Я донёс её до кровати, остановился. Грудь переполняла такая тёплая радость, что я поцеловал Принс в переносицу. Снова завис на секунду перед тем, как лечь рядом, потому что пока она была в моих руках, тело снова откликнулось напряжением в паху.

— Ничего страшного, меня это не оскорбляет, — улыбнулась Принс. — Ты нравишься мне весь.

Медленно я опустился рядом с ней, и Принс тут же легла на мою грудь. Мягкие волосы волнующе рассыпались по коже.

— Раньше так часто этого не происходило, — пробормотал я, накрывая нас одеялом. — Не знаю, что со мной.