Читаем Арабская кровь полностью

Неделя в Триполи пролетает для Хамида в мгновение ока. Муаид – прекрасный хозяин и гид. Видно, что мужчина оживает в обществе: он смеется и шутит, даже начал что-то есть и выглядит намного здоровее. Он не торопится отпускать гостя, хоть по спутниковому телевидению «Аль-Джазира» сообщили, что бои в Ливии ослабели. Политики и журналисты утверждают, что стороны готовятся к завершающей атаке. Саудовец отдает себе отчет, что настал идеальный момент, чтобы поехать за женой и тещей и бежать. Когда ситуация снова обострится, неизвестно, как быстро закончится война и сколько еще жертв за собой потянет. Хамид решается на важный разговор с родственником, чтобы представить ему свои доводы.

Услышав тихие шаги на лестнице, он выбегает из комнаты и хватает хозяина за рукав:

– Слушай, Муаид, мы должны поговорить, я…

– Да, непременно, – соглашается ливиец. – Вечером у нас будут гости, может, тогда, а? Сейчас надо лететь в магазин, чтобы купить что-нибудь к ужину. Хочешь пойти со мной?

– Хорошо, будет возможность для конкретного разговора. Это наше семейное дело, поэтому не будем обсуждать это при посторонних.

– Какие чужие? Будет Хасан, которого ты знаешь и который с удовольствием о тебе вспоминает. Он приезжает прямо из Бенгази. Другой приглашенный – друг семьи Абдулла. Все свои. Сначала выслушай их, а потом примешь решение, хочешь ли нас покинуть.

Муаид, конечно, догадывается о теме, которую хочет затронуть посланник.

– Что ты затеваешь, а? – Хамид заглядывает собеседнику в глаза.

– С некоторого времени кое-что планирую, и, как мне кажется, сейчас появился шанс для осуществления плана. Только нужно не упустить момент.

– Даже боюсь.

– Тебе нечего бояться, а я… – Он пренебрежительно машет рукой. – Я готов.

Вечер настает быстро. Несмотря на теплую солнечную погоду, уже, в конце концов, осень. Мужчины здороваются, быстро и неохотно перекидываются парой фраз и садятся к столу. Двое прибывших, скорее всего, знают что-то такое, о чем Хамид не имеет понятия, а может только догадываться. Они скованы, а их лица полны грусти. Только Муаид цветет, смеется и наливает виски стаканами. Через несколько минут, опорожнив первую бутылку, мужчины, раскрасневшись от алкоголя, начинают наконец разговор. Но говорят они односложно.

– Жаль, Хамид, что тот транспорт взлетел на воздух. – Хасан качает головой и недовольно цокает языком. – Столько медикаментов! Как же они пригодились бы в больнице в Налуте, особенно перед последним наступлением.

– Я знаю, тоже нервничал, но твой провожатый был безответственным и легкомысленным. Или, как я уже говорил тебе, ему очень хотелось поскорее вернуться домой.

– Да, к сожалению, он был круглым дураком, – признает военный. – После того как ты дал им деньги, они привезли из Туниса не только оружие, но и немного антибиотиков.

– Я слышал, что тот транспорт перехвачен, – включается Муаид. – Бедный Хмеда вместе с отцом и братьями убит.

– О нет… – Саудовец вспоминает улыбающееся лицо горца. – Такой милый молодой человек.

– Его семью казнили. Наемники ограбили их селение, изнасиловали женщин и девушек, а кто сопротивлялся, убили. Им недостаточно лишить семью имущества, они должны еще опозорить ливийский народ! Что за собаки! И кто их стянул на наши земли?! Кто платит им по десять тысяч долларов в месяц за такие поступки?!

– Всем известно. – Абдулла, успокаивая, похлопывает мужчину по руке.

– Слыхали сплетню? Говорят, что эти псевдосолдаты получают в свои аптечки виагру! – Хасан иронично улыбается.

– Ну нет! Что ты? Зачем им средства для эрекции? – удивляются собравшиеся. – Ведь у этих африканцев стоит день и ночь.

– Видимо, так, на всякий случай, если уработаются. – Военный поджимает губы и, смущенный затронутой темой, чешет кудрявую голову.

Хамид прислушивается к разговору и мысленно благодарит Бога, что в его стране царит мир. Война несет с собой одно зло.

Все окончательно потеряли аппетит и переходят в зал на кофе. Повисает неловкая тишина.

– Некоторые знают, для чего мы здесь собрались, а некоторые нет, – серьезно начинает хозяин. Прибывшие согласно кивают, и Хамид приходит к выводу, что только он не посвящен в тайну. «Именно сейчас наступит самый важный момент этой встречи», – думает он и, не говоря ни слова, со страхом ждет признания.

– Я еще раз выражу мнение, что это глупая идея. – Обычно спокойный Абдулла нервно сжимает кулаки. – Нонсенс! Нельзя так поступать! Это грех!

– Старик, ты меня пеклом хочешь напугать? – шутливо спрашивает Муаид. – Даже сильно верующие люди, когда не видят иного пути, решаются на такой поступок или приветствуют его.

Он многозначительно смотрит на Хамида.

– Не знаю, что ты имеешь в виду. – В голове гостя загорелась красная лампочка. Сделав определенный вывод, он стискивает зубы.