Читаем Арабская кровь полностью

Молодая женщина, воспользовавшись моментом, решает попрощаться с Рашидом, который сегодня стал очередной жертвой режима. Она садится на грязную утоптанную землю двора рядом с мертвым парнем и, находясь так близко, боится смотреть на то место, где раньше было его красивое улыбающееся лицо. Она осторожно берет его за холодную уже руку и невольно отмечает, что в голове у нее пустота. «Боже мой, еще не так давно этот человек был страстным любовником, веселым и беззаботным шутником, у него были планы на будущее и пылкие чувства, а сейчас что от него осталось? Ничего, бренное тело, безжизненная оболочка». Марыся переводит взгляд и смотрит на изувеченное лицо, и слезы сами льются у нее из глаз. Всхлипывая, она сгибается пополам и притрагивается лбом к плечу бывшего друга. «Хорошо, что он, по крайней мере, знал, что я ношу его ребенка и после него что-то останется, – думает она, но ее это не утешает. – Что я теперь буду делать? Как я из этого выберусь? Что будет с маленьким существом, которое я ношу под сердцем? Сколько людей еще обижу моим необдуманным и позорным поступком? Какая же я незрелая, непорядочная, сопливая, распущенная дамочка…»

– Ты жива?

Мужчина, одетый в грязно-белую короткую галабию и панталоны, в тюрбане, обвитом вокруг головы, осторожно дотрагивается до спины расстроенной девушки.

– Хамид?! – Марыся поднимает заплаканные глаза. – Ты здесь?

Женщина вскакивает на ноги и стоит, застигнутая врасплох, напротив мужа, не зная, как вести себя после всего, что она сделала.

– Иди ко мне, любимая, – зовет мужчина, распахивая объятия, и Марыся падает в них, не переводя дыхания и прижимаясь, как бедная испуганная козочка.

* * *

Они едут уже некоторое время и постоянно молчат. Оба погружены в собственные размышления и задают в душе тысячи вопросов, которые боятся произнести вслух.

– Кто был тот убитый мужчина? – не выдерживает Хамид.

– Мой двоюродный брат, сын умершей тетки Хадиджи, – сообщает Марыся бесстрастным голосом.

Снова воцаряется тишина. Саудовец напряженно думает, решая, что сейчас делать. Или ехать в Триполи, где как можно быстрее закончить взятую на себя миссию и вернуться домой, или все же ехать в Налут и передать боевикам хоть немного привезенных денег и оружие, которое находится у него в тайнике? Одно и другое рискованно, потому что во время войны, охватившей всю страну, нет в Ливии спокойных и надежных дорог. Ситуация меняется, как в калейдоскопе. Там, где сегодня играют дети и смеется молодежь, завтра может пролегать линия фронта.

Сейчас, когда рядом с ним любимая женщина, Хамид не хочет подвергать ее опасности, а наиболее опасна была бы сейчас езда ночью. Сумерки приближаются большими шагами, покрывая красивую безлюдную территорию розовой дымкой. Где они могут остановиться, кто подаст им руку помощи? Должен ли он звонить Хасану или лучше воздержаться от неприятного разговора? Хамид знает одно: они должны как можно быстрее скрыться. Попасться как к одной, так и к другой стороне конфликта нельзя: это могло бы закончиться для них трагически. Он сворачивает с асфальтированной дороги и по утрамбованной грунтовке медленно направляется через свободную территорию к еще более обширному безлюдью. Когда на горизонте замаячили большие военные ангары, Марыся начинает паниковать.

– Что ты делаешь? Куда едешь? – спрашивает она озабоченно. – Ты на чьей стороне?

– На этой, разумеется, – успокаивает ее муж, останавливает автобус, становится на ступеньку и прикладывает к глазам профессиональный бинокль. Он не видит никакого движения. – Именно тут я провел первую ночь, когда приплыл в Ливию, – поясняет он и показывает пальцем на отдаленную постройку. – В реалии этой страны меня посвящал твой очень милый родственник Рахман.

– Он тоже мертв.

– Видел. Что за бандиты эти наемники!

– Его убили свои, – сообщает Марыся с горечью. – Соплеменники.

– Почему? Ведь я видел собственными глазами, что он пользовался среди них огромным авторитетом.

– Так уж складывается здесь. По крайней мере так стало во время этой паршивой братоубийственной войны. Достаточно какого-то разговора, незначительного недоразумения, неверного толкования – и ты в мгновение ока из друга или брата становишься врагом, которого нужно убить. Ни в чем и ни в ком нельзя быть уверенным.

– Мне кажется, что тут достаточно спокойно, значит, проведем здесь ночь, – принимает решение мужчина. – Ничего лучшего мне не приходит в голову. Во всяком случае, в эту минуту.

Хамид медленно движется, и вскоре они подъезжают к известному домику. Паркуются за ним, со стороны просторной пустоши. Белая машина сливается с цветом барака и светло-бежевым песком, который окружает безлюдные склады.

– У нас будут очень неплохие условия, есть даже ванная с душем, но спать я предложил бы тебе в автобусе. Я видел в доме множество пауков, больших тараканов, а под полом – крыс.

– Ну, так это прекрасные условия!