Читаем Апдейт консерватизма полностью

Либерально-демократическое мировоззрение не предполагает существования геополитики. Оно ориентируется на абстрактного человеческого индивидуума как носителя определенных прав и свобод; государство здесь – тоже абстракция, и его конкретное тело (территория) имеет случайный характер. Интерес либерального государства к чужим территориям не есть собственно территориальный интерес; когда он имеется, он всегда есть средство удовлетворения других интересов: экономических (сырье) или политических (навязывание собственной модели взаимоотношений государства и граждан, изначально не предполагающей связи с землей, с территорией). Поэтому территориальная экспансия здесь есть не собственное «профилирование» (навязывание и одновременно осознавание собственной «качественности»), а скорее экспансия абстракции, процесс универсализации доселе партикулярных, качественных образований. Поэтому такая экспансия не имеет естественных границ. С точки зрения консерватизма захват территорий – это утверждение «своего», которое имеет смысл только, пока существует «чужое», ибо качество имеет смысл только, пока существует другое качество. В данном случае: расширение области своего суверенитета имеет смысл только до тех пор, пока существует другой суверенитет. В противном случае как понятие качественности, так и понятие суверенитета становится бессмысленным. Чем бы ни была мотивирована экспансия в традиционном геополитическом смысле – поиском жизненного пространства, ответом на агрессию, местью за предыдущие унижения, стремлением к созданию великой империи и т. д. – ее сутью всегда будет расширение своего за счет чужого. Это игра с нулевой суммой – победитель может быть только один; всегда должен быть победитель и побежденный.

Потенциал универсализации, наоборот, бесконечен. Ей не может быть положено границ, пока не «универсализировано» все. Это справедливо как в отношении либеральной, так и в отношении социалистической глобализации, и это отличает их от традиционной геополитической экспансии. При традиционном «завоевании» и «покорении» чужих стран и народов успех военных действий и занятие территории противника означали, как правило, достижение окончательной цели – полную или частичную утрату суверенитета побежденной страной и переход ее под управление победителя. Она утрачивала свою качественность и обретала новую качественность, присущую победителю. В случае же глобализации (либеральной или социалистической) военная победа есть лишь необходимое, но предварительное и само по себе недостаточное условие достижения цели. Глобализация требует переделки общественной системы согласно универсальной (или претендующей на универсальность) модели, принесенной победителем. При этом как суверенитет, так и национально-культурная самобытность остаются (якобы) незатронутыми – просто страна, частично изменив политическую систему или изменив только политический режим, а иногда и вообще только сменив лидеров (на более подходящих с точки зрения победителей) в один миг из отсталой и авторитарной становится прогрессивной и демократической. Такие метаморфозы в течение XX, а также и начавшегося XXI столетий пережили многие страны. В 1945 г. жертвой коммунистической глобализации пали многие страны Восточной Европы, освобожденные Советской армией от нацистского господства (Польша, Венгрия, Румыния, Болгария, ГДР, частично Югославия), а также ряд стран Азии и даже Африки (последние в результате не завоевания, а частично инспирированных СССР и его союзниками народно-освободительных революций и гражданских войн). В последние десятилетия набрала скорость либеральная глобализация. Ее военная машина оказалась задействованной на Балканах (Сербия) и на Ближнем и Среднем Востоке (Ирак, Афганистан, на очереди Пакистан, Иран и, может быть, ряд других стран). Ее революционная модель была задействована на Украине, в Молдавии и – с большим или меньшим успехом – в других постсоветских государствах. Она сталкивается с сопротивлением ряда стран, а иногда и с попятным движением – это определяется конкретными особенностями стран и ситуаций. Но логических границ ей не положено. С точки зрения логики империя не может включить в себя весь мир; с точки зрения логики глобализация не может (потенциально) не включать в себя весь мир. Логически миссия либерализма (так же, как и миссия социализма в прошлом) завершена, когда абстрагированию подверглось все. Такова логическая связь либерально-демократической идеологии с доктриной глобализации.