Читаем Аннотация: полностью

   Выполнив означенные мероприятия, инквизитор удовлетворенно крякнул и хотел было начать обход владений поверженного колдуна. Но тут взгляд его упал на один из лежащих на столе предметов. Невероятный конгломерат из скрепленных между собой шарнирами и пружинками деталей самой разнообразной формы и размера, отлитых из металла или вырезанных из камня и бивней какого-то животного, мгновенно привлек внимание рыцаря и пробудил в нем азарт исследователя. На первый взгляд обычная детская трехмерная головоломка, какими торгуют на лагорийском Рынке, а также во многих других мирах. Но что делает столь легкомысленный предмет на столе продвинутого мага?

   В мгновение ока многоопытный муж постиг суть головоломки. Следовало установить все ее детали таким образом, чтобы из бесформенного набора разрозненных элементов сложилась правильная сфера. Отложив в сторону меч, руки сами по себе потянулись к игрушке, а пальцы помимо воли хозяина принялись крутить выступающие детали с тем, чтобы определить каждую на полагающееся ей место. И вскоре рыцарь Драгва с азартом перебирал подходящие варианты стыковки той или иной детали с соседней, да так увлекся, что уже ничего не замечал вокруг.

   Поначалу у него не получалось, составные части упорно не желали срастаться в нечто единое, цельное, но постепенно элементы головоломки начали пристыковываться друг к другу. На сосредоточенном лице рыцаря появилась самодовольная улыбка - чисто дитя, да и только. В какой-то момент его ловкие пальцы повернули на шарнире последнюю деталь и слегка надавили, чтобы та встала на свое законное место.

   В то же самое мгновение по комнате пронесся громкий звук басовой струны, собранная сфера вспыхнула холодным светом, заиграла всеми цветами радуги. Вокруг рыцаря Драгвы начало разливаться голубоватое сияние. В испуге тот хотел отбросить от себя неведомый артефакт и схватился за меч. Но не тут-то было, сверкающий шар взмыл вверх и завис над головой не на шутку перепуганного инквизитора. Мгновение и фигура Драгвы начала терять материальность, стала прозрачной и вскоре полностью растворилась в воздухе.

   Повисев несколько мгновений, шар начал гаснуть, а вскоре и вовсе осыпался на пол невесомым облачком бурой пыли.

Глава 1

   Но сам ты не из тюркского народа,

   В тебе видна иранская порода.

   С такою мощью, с красотой твоей

   Ты был бы выше всех богатырей

   Фирдоуси

   - Курсант Листопад, к начальнику училища!

   Я оторвал голову от сборника стихов персидских поэтов на фарси. Вот уже восемь с лишним лет длится Афганская кампания, и переводчики со знанием арабского и персидского весьма востребованы - даже дембелей-добровольцев со всего Союза заманивают радужными перспективами, прогоняют через ускоренные курсы, а потом отправляют за Реку.

   Что касается меня, мой выбор был осознанным. Раз уж я предпочел военную специальность, комсомольская совесть не позволяла мне отсиживаться в тылу в то время, когда мои сверстники гибнут ради того, чтобы мировой империализм не протягивал свои жадные лапищи к южным рубежам моей великой Родины и не угнетал трудовой народ свободолюбивого Афганистана.

   Откровенно говоря, помимо идейных соображений, была еще одна причина, заставлявшая меня усердно учить восточные языки. Мне нравились иранская поэзия и арабская проза. До поступления в Институт я не мог предположить, насколько Фирдоуси, Низами или Хайям на фарси, а "Сказки тысяча и одной ночи" на арабском богаче и ярче, нежели в самом качественном переводе. Недаром, все-таки, существует понятие "оригинальный текст", все остальное - вторично.

   Отодвинул подальше от края стола томик стихов, вскочил и, вытянувшись в струнку перед капитаном с красной повязкой помдежа на рукаве, громко рявкнул:

   - Слушаюсь, товарищ капитан!

   На что офицер весело усмехнулся, махнул ладошкой и негромко сказал:

   - Вольно, Лист! Бегом к генералу!

   В начальственный кабинет меня допустили без проволочек. Каково же было мое удивление, когда вместо начальника училища я обнаружил в его апартаментах какого-то неизвестного мне типа гражданской наружности. Незнакомец вполне вольготно расположился в кресле за начальственным столом, так, будто это был его собственный кабинет. При моем появлении он заулыбался самой располагающей улыбкой, указал рукой на стоящий напротив стул.

   - Здравствуйте Федор Александрович! Разрешите представиться: Хорос.

   - Хорос... э?

   - Просто Хорос, без всяких там дополнительных прибамбасов, - еще шире заулыбался мужчина.

   Присев на указанное место, я начал внимательно разглядывать Хороса. Это был мужчина неопределенного возраста не молод, но и не стар. Лицо гладкое, загорелое. Взгляд серых глаз умный, я бы сказал пронизывающий. Под этим взглядом мне стало не по себе, и я опустил глаза, продолжая исподтишка изучать нового знакомого.

   Помолчав немного, мужчина поднялся с кресла, подошел к окну, отодвинул тяжелую штору и зачем-то выглянул на улицу, предоставляя возможность хорошенько рассмотреть всего себя с ног до головы.