Читаем Anno Domini 4000 полностью

– Господин эмиссар, – отвлёк Павла от размышлений твёрдый женский голос, – Мы выходим из гиперпространства. Капитан Кирхе ждёт Вас в рубке. Он бы хотел отправить сообщение.

Взгляд эмиссара едва коснулся молодого офицера – рыжеволосая девушка, лейтенант Коулсон, выжидающе стояла в дверях, бегло оглядывая кабинет посла. Павел мягко улыбнулся ей и кивнул, оставив бокал на столике.

Недолго блуждая по светлым коридорам челнока, он вошёл в затемнённое помещение, где источником света служили только яркие голографические экраны. То была небольшая связная рубка, каморка, где ютились несколько связистов и сам капитан Кирхе.

Капитан, точно выбиваясь из опрятного и молодого офицерского состава, представлял из себя типичного фанатичного вояку – в синем мундире, с обезображенным старыми шрамами лицом, да со страшной улыбкой, походящей скорее на звериный оскал. Он отдал честь эмиссару в шутливой форме, похлопал связиста по плечу и облокотился на панель управления.

– Ну, Ваше дело – говорить, – пояснил Кирхе после неловкого молчания, воцарившегося в рубке, – Мы настроили связь на их чистоту.

– Чудно, – улыбнулся эмиссар, – Я могу начинать?

Связисты лишь кивнули.

– Братья и сёстры, говорит эмиссар Имперской Миссии Павел Комидис, – на выдохе отчеканил посол, – Я представляю волю терранского императора Андроника, что властвует над колыбелью человечества. Я прибыл с миром и великодушным предложением для правительства вашего мира. Прошу принять меня, выслушать и обдумать то, что желает явить Император. Мир с вами.

К удивлению Космидиса, очень скоро был получен ответ, максимально простой и краткий: «Ожидаем. Высаживайтесь по координатам: пятьдесят пять градусов северной широты, тридцать семь градусов восточной долготы».

Воодушевлённый эмиссар выскочил из рубки. Он уже был готов запутаться в этих бесконечных белых коридорах, но точно по мановению сердца нашёл путь к мостику. Его руки дрожали от невообразимого возбуждения, а улыбка с каждым шагом становилась всё шире и шире. Наспех преодолев затёмнённую лестницу, Павел выбежал на капитанский мостик, чтобы рассмотреть планету ближе. Но перед ним предстали корабли местного флота: корветы, фрегаты, даже исполины-линкоры нависли над ними. Но его беглый взор заострился на шарике, который эти громады сторожили…

Этот маленький мир, точно помещавшийся в ладонях Павла, очень сильно напоминал древнюю Терру. Песчаные берега величавых континентов ещё омывали воды, в зелёных морях ещё ютилась живность. Одно лишь сильно выбивало из колеи: S-56 была окружена исполинским кольцом. Очень скоро Павел понял, вспомнил всю полученную имперскими зондами информацию. Это были доки, с которых каждый день сходили корабли не только гражданского класса.

Посольский корабль молниеносно спикировал к орбите планеты, минуя стальное кольцо, со стапелей которого уже сходил внушительный крейсер. Этот стальной исполин замер, накрывая тенью челнок делегации.

– Император не говорил о том, что планета производит свой военный флот, – озадаченно промямлил эмиссар, – Это… Сильно меняет дело.

– А что они сделают? – хрипло усмехнулся капитан Кирхе, – Наш флот уже давно в боевой готовности.

– Я полагаю, Вы рассчитываете на вторжение, – фыркнул Павел, массируя виски, – Хотите повторения Гиперионской катастрофы? Резни?

– Моя работа, – отрезал его Кирхе, – Не песенки о мире петь, Космидис. Я воюю. И запах плазмы и ощущение крови на руках всяко приятнее, чем провести очередной день в дрянном спокойствии.

Павел всем своим естеством испытывал отторжение, даже видя в иллюминаторе лишь мутное отражение явившегося капитана. Он часто встречал таких людей, часто видел, что они творят и чего добиваются, и лишь это знание помогает ему идти дальше. Это осознание: если он справится, даже подумает о возможности провала, всё пройдёт по самому жуткому сценарию. Буквально десяток лет назад Император предал священному огню Гиперион, непокорную колонию, возомнившую себя наследницей колониальной демократии. Жизнь древней колонии быстро оборвалась, едва к ней подоспел Императорский флот.

Павел дрогнул всем естеством, на мгновение почувствовав на себе холодный взгляд кровожадных императорских глаз.

– Вы мне противны, Кирхе, – после недолгой паузы ответил эмиссар, – Лучше проследите за работой связистов.

Он не заметил, как капитан отдал честь в той же шутливой манере и скрылся за стальными дверями, крайне недовольно что-то ворча.

Снижающийся корабль походил на величавого орла, что расправил свои крепкие крылья. Он нырнул в атмосферу планеты, с оглушительным рёвом опускаясь к исполинской башне, уходившей далеко за облака.

Там делегацию встречало кроткое зарево. Два красных светила едва ли несколько часов назад стали возвышаться над багровым горизонтом, что медленно красился в голубые и красные тона, точно некий озадаченный художник небрежно разлил краски на бумаге. Посол невольно зажмурился, когда его глаз коснулись лучи приветливых солнц, многим более приятных, чем тусклые и кровожадные лучи Терры.