Читаем Анна Каренина полностью

Анна Каренина

"I know a gallant steed by tokens sure, And by his eyes I know a youth in love," declaimed Stepan Arkadyevitch, just as he had done before to Levin.	-- Узнаю коней ретивых по каким-то их таврам, юношей влюбленных узнаю по их глазам, -продекламировал Степан Аркадьич точно так же, как прежде Левину.
Vronsky smiled with a look that seemed to say that he did not deny it, but he promptly changed the subject. "And whom are you meeting?" he asked.	Вронский улыбнулся с таким видом, что он не отрекается от этого, но тотчас же переменил разговор. -- А ты кого встречаешь? -- спросил он.
"I? I've come to meet a pretty woman," said Oblonsky.	-- Я? я хорошенькую женщину, -- сказал Облонский,
"You don't say so!"	-- Вот как!
"_Honi soit qui mal y pense!_ My sister Anna."	-- Honni soit qui mal y pense! Сестру Анну.
"Ah! that's Madame Karenina," said Vronsky.	-- Ах, это Каренину? -- сказал Вронский.
"You know her, no doubt?"	-- Ты ее, верно, знаешь?
"I think I do.	-- Кажется, знаю.
Or perhaps not...I really am not sure," Vronsky answered heedlessly, with a vague recollection of something stiff and tedious evoked by the name Karenina.	Или нет... Право, не помню, -- рассеянно отвечал Вронский, смутно представляя себе при имени Карениной что-то чопорное и скучное.
"But Alexey Alexandrovitch, my celebrated brother-in-law, you surely must know.	-- Но Алексея Александровича, моего знаменитого зятя, верно, знаешь.
All the world knows him."	Его весь мир знает.
"I know him by reputation and by sight.	-- То есть знаю по репутации и по виду.
I know that he's clever, learned, religious somewhat....	Знаю, что он умный, ученый, божественный что-то...
But you know that's not..._not in my line,_" said Vronsky in English.	Но ты знаешь, это не в моей... not in my line, -сказал Вронский.
"Yes, he's a very remarkable man; rather a conservative, but a splendid man," observed Stepan Arkadyevitch, "a splendid man."	-- Да, он очень замечательный человек; немножко консерватор, но славный человек, -- заметил Степан Аркадьич, -- славный человек.
"Oh, well, so much the better for him," said Vronsky smiling. "Oh, you've come," he said, addressing a tall old footman of his mother's, standing at the door; "come here."	-- Ну, и тем лучше для него, -- сказал Вронский улыбаясь. -- А, ты здесь, -- обратился он к высокому старому лакею матери, стоявшему у двери, -- войди сюда.
Besides the charm Oblonsky had in general for everyone, Vronsky had felt of late specially drawn to him by the fact that in his imagination he was associated with Kitty.	Вронский в это последнее время, кроме общей для всех приятности Степана Аркадьича, чувствовал себя привязанным к нему еще тем, что он в его воображении соединялся с Кити.
"Well, what do you say? Shall we give a supper on Sunday for the _diva?_" he said to him with a smile, taking his arm.	-- Ну что ж, в воскресенье сделаем ужин для дивы? -- сказал он ему, с улыбкой взяв его под ру^ку.
"Of course.	-- Непременно.
I'm collecting subscriptions.	Я сберу подписку.
Oh, did you make the acquaintance of my friend Levin?" asked Stepan Arkadyevitch.	Ах, познакомился ты вчера с моим приятелем Левиным? -- спросил Степан Аркадьич.