Читаем Английский «пэрэдайз» полностью

Вот и на этот раз, сидя в кафе, наблюдая за экспатами, которых было большое количество вокруг, и они были шумными, ей казалось, что Москва стала другой. Она вспомнила те времена, когда с мамой и её классом приехала первый раз в Москву на экскурсию. Тогда наступил тысяча девятьсот восемьдесят шестой год, были новогодние каникулы и в программу их путешествия входили Кремль, Третьяковская галерея и ещё какие-то интересные места, но шестилетняя Ольга запомнила, какой величественной ей показалась тогда столица. Красивые дома, чистые заснеженные улицы, солидный народ, без спешки, шагавший по своим делам. А теперь Москва была большим рынком, заклеенным рекламой, говорящим на разных языках Европы, Азии, Африки, довольно грязной и какой-то мелкой.

***

Через полтора месяца работы Ольги на должности директора по обучению, Дон организовала «собрание» всех директоров в боулинге развлекательного центра «Самолёт». На самом деле это не было собранием как таковым, это было частью политики построения команды единомышленников, так называемым “team building”. Вместе с Ольгой, на этом собрании были Дэри, Дженнифер, Рэйвэн, Дон и ещё один высокий тихий британец, директор одного из филиалов. Собирая всех этих разных людей, Дон надеялась, что такое неформальное мероприятие поможет им сблизиться, а возможно даже стать друзьями. Но вышло всё как раз наоборот.

С самого начала Рэйвэн стала говорить колкости в адрес Дэри, а потом и Ольги. Дон старалась перевести всё в шутку. Дэри сдерживался, он очень много внимания уделял Ольге. Ольга же впервые была в боулинге и не могла по – началу ни правильно бросать шары, ни привыкнуть к странной, на её взгляд, атмосфере. Дэри был к её услугам, демонстрировал, как надо держать шар, как бросать, и, несколько раз, показывая, обнимал её. Всё это жутко не нравилось Рэйвэн. Она, выпив значительное количество «мохито», стала очень грубой, и делала оскорбительные замечания в адрес Ольги и Дэри. В конце концов, когда команда, в которой играли Дон, Ольга и Дэри, проиграла, конечно же, из-за Ольги, Рэйвэн сказала:

– Вот и классно, теперь, Дэри, у тебя будет повод позаниматься с Ольгой и «покатать» у неё свои шары наедине.

Это прозвучало грубо и пошло. Расходились все молча, на улице Дэри предложил Ольге проводить её домой.

Ольга вначале хотела отказаться, но, увидев негодующее лицо Рэйвэн, согласилась.

– Хорошо, проводи меня, – сказала она кокетливо, специально чтобы позлить Рэйвэн.

Дэри обрадовался, а Рэйвэн, здорово напившаяся, потеряв контроль над собой, пожелала им доброй ночи, и порекомендовала не забыть зайти в аптеку купить презервативы.

Дон, как истинная британка, была в который раз шокирована грубостью Рэйвэн и сделала ей замечание, но это было бесполезно, Рэйвэн даже не слышала её.

Дэри тоже, пока они шли к метро, пытался как-то извиниться за Рэйвэн перед Ольгой.

– Не надо, не извиняйся, я ведь всё понимаю, Рэйвэн просто недалёкая девица из американской глубинки, некрасивая, толстая. Ты ей нравишься, и она незатейливо выражает своё недовольство, что ты симпатизируешь мне.

– Очень симпатизирую, – мгновенно переключился на эту тему Дэри.

Когда они подошли к её дому, Ольга остановилась у подъезда, давая понять, что это всё, на что Дэри может рассчитывать.

– Я бы выпил кофе, – с милой детской улыбкой заявил он.

– А если у меня нет кофе? – спросила Ольга.

– Тогда чай тоже подойдёт – засмеялся Дэри.

– Ты хочешь оказаться у меня в постели, Дэри, но, извини, я этого не хочу, – очень серьёзно сказала Ольга. – Это не значит, что я монашка, но пойми, я не сплю со своими коллегами, даже если они мне нравятся,

– Понимаю, – серьёзно сказал Дэри. – Это ты меня извини. Я иногда веду себя слишком расковано, – и он покраснел.

Ольге стало его жалко немного, и она сказала:

– Ты мне правда нравишься. Но не торопи события. Я не готова…

Дэри смотрел на Ольгу и с удивлением чувствовал, как нежность и что-то необъяснимое наполняло его. Ему хотелось защитить её, оберегать, даже от самого себя. Эта маленькая, рыжеволосая русская была так не похожа на всех женщин, с которыми сводила его судьба здесь в Москве.

– Не волнуйся, я всё понимаю. Я никогда не позволю себе…– он запнулся, – ничего не сделаю во вред тебе или против твоей воли. – И неожиданно для себя он наклонился к Ольге и поцеловал её в щёку, густо покраснев. Ольга тоже немного смутилась, но, справившись со смущением, сказала

– Ты прости, но мне, правда, надо идти.

– У тебя кто-то есть?

– Нет, нет…, никого, ты не обижайся, я пойду, пока…– и Ольга, дотронувшись до его руки, резко повернулась и вошла в подъезд.

Поднимаясь к себе наверх, она подумала, что ни с этого она хотела бы начать личную жизнь в Москве.

А Дэри стоял у её подъезда ещё несколько минут, он видел, как загорелся свет в окошке на третьем этаже, она появилась в этом окне, помахала ему и задвинула шторы.

Он пошёл домой с доселе неведомым ему ощущением открытия.