Читаем Ангельское личико полностью

— Легче было бы назвать то, чего мы не ищем, — весело заметил он. Затем стал серьезным. — Могу я вас спросить, где вы были, миссис Моруцци?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет. — Ее тон говорил сам за себя.

Инспектор поднял брови.

— Очень хорошо, — выдержав паузу, проговорил он. — Тогда поставим вопрос иначе: когда вы в последний раз видели вашего мужа?

Она осторожно прошла мимо бумаг на полу и села на краешек стула с прямой спинкой, поскольку дрожащие ноги ее больше не слушались.

— Это просто, — промолвила она. — Я ушла отсюда в канун Нового года.

Он кивнул и некоторое время разглядывал бумаги, которые держал в руках.

— То же самое сообщила и миссис Мак-Куин. — Голос звучал задумчиво. Он снова взглянул на нее. — Она сказала, что боялась за вас, так как думала, что ваш муж намерен изрядно испортить вам жизнь.

Марионетта пожала плечами.

— Ну, теперь вы видите, что она ошиблась. — Она ненавидела себя. Она становилась похожей на них, на проклятых Моруцци. Ее удивило, как легко слетают слова с языка, как спокойно она лжет, чтобы защитить ненавистного мужа. Но что еще она могла сделать? Барти придет домой в любую минуту, впадет в бешенство, застав здесь полицию, роющуюся в его столе. «И все же, — подумала Марионетта, — хорошо, уже то, что его ярость будет направлена на кого-то другого, не на нее…» — Я полагаю, у вас есть ордер на обыск дома моего мужа? — спросила она инспектора, осмелившись встретиться с ним взглядом и несколько вызывающе подняв голову.

Он, казалось, ожидал этого вопроса, потому что посмотрел на нее слегка разочарованно.

— Разумеется, у нас есть ордер, — устало произнес он. — Так вы скажете нам, где ваш муж?

— Я не знаю, где он.

Он безразлично пожал плечами.

— Это не имеет значения. Рано или поздно мы его схватим.

Женщина почувствовала, как в ней затеплилась надежда.

— Вы собираетесь его арестовать? — осведомилась она, изо всех сил стараясь казаться безразличной.

На этот раз инспектор вгляделся в нее повнимательнее.

— Разумеется, мы его арестуем, — заверил он. — У нас хватит улик, чтобы засадить его по меньшей мере лет на двадцать.

К его удивлению, молодая женщина расплакалась. Она начала искать в сумке платок, инспектор достал из кармана свой и передал ей.

— Очень трогательно, — сухо заметил он. — Приятно знать, что у Барти есть преданная жена, которая станет навещать его в тюрьме… Жаль только, что оба вы уже сильно состаритесь, когда он выйдет.

Марионетта качала головой, спрятав лицо в складках огромного мужского платка.

— Вы не понимаете, — сказала она приглушенно. Затем внезапно, раздраженно вытерев слезы, взглянула на него, и он увидел, что женщина улыбается. Странно, он не мог вспомнить улыбку на лице этой Перетти. — Я рада, что вы его арестуете, — говорила она, — я рада…

Открылась дверь, и появился полицейский в форме.

— Миссис Мак-Куин спрашивает, не хотите ли вы чаю, — с надеждой поинтересовался он.

Инспектор все еще удивленно взирал на Марионетту. Потом повернулся к двери.

— Отлично, — проговорил он. — Я как раз собирался предложить… — он снова взглянул на Марионетту, — разумеется, если вы не возражаете, миссис Моруцци?

Она все вертела в руках платок.

— Конечно, — произнесла она, почти не слушая его. Барти сядет в тюрьму! Безусловно, она не освободится, ей все еще придется платить долг Моруцци, но, по крайней мере, избавится от мужа. Ей не придется больше жить с психопатом, не придется страшиться его гнева, его вспышек ярости, терпеть его руки на своем теле…

— Проводите миссис Моруцци в другую комнату, — приказал инспектор Дэвис второму полицейскому. — Ей, вероятно, хочется немного поболтать со своим братом.

— Спасибо, — поблагодарила она, вставая.

— Пока никуда не уходите, хорошо? — попросил он, возвращаясь к изучению бумаг на столе. — Возможно, у меня будут к вам еще вопросы.

Марионетта последовала за полицейским в холл, где ее нетерпеливо ждала миссис Мак-Куин, стараясь загладить прошлые грехи.

— Чай для всех, миссис Моруцци? — спросила она.

Марионетта рассеянно кивнула.

— Для всех. — Она толкнула дверь в гостиную и вошла.

Тони стоял, уставившись в разукрашенный электрический камин. Марионетта подошла и встала рядом.

— Здесь холодно, — заметила она. — Лучше его включить.

Брат повернулся и посмотрел на нее. Она ласково коснулась рукой его лица.

— Тони, — начала она, — ты выглядишь таким усталым… — Тут Марионетта притянула его к себе и крепко обняла, испытывая безмерное счастье от того, что снова видит его, забыв все те злые слова, которые приготовилась сказать ему при возможной встрече. Она почувствовала, как Тони сжал ее в своих объятиях, и поняла, что он близок к слезам настолько, насколько могут позволить его строгие представления о мужественности.

— Я так рада, что ты жив, — прошептала она. — Мы уже думали, что никогда тебя не увидим… Мы так по тебе скучали…

— Правда? — хрипло спросил он. — Даже папа? Я думал, он никогда меня не простит…

Марионетта немного отодвинулась от него и взглянула ему в глаза.