Читаем Ангел Кумус полностью

– Потому что в этот день все направляющиеся к месту пребывания заключения осужденные имели достаточно большой возраст, то есть были категорически взрослыми и умудренными тюремным опытом людьми. Я счел подобный трехдневный контакт подростка с матерыми уголовниками нецелесообразным и лично ходатайствовал об изоляции Максима П., для чего была необходима, как вы сами понимаете, и отдельная охрана.

– Второй вопрос, – кивнул следователь, приняв объяснения, – почему охранники со стажем? Почему не просто спецназ, как это принято, или военное подразделение?

– Честно говоря, я не очень в это углублялся, но знаю, что начальство послало запрос в охранное агентство, не желая ссориться с адвокатом подростка, который мог потребовать профессиональной охраны по закону: несовершеннолетние перевозятся отдельно от взрослых осужденных и охраняются профессионалами.

– Итак, – следователь допил свой кофе и мрачно разглядывал жижу на дне чашки, – подростка поместили в отдельный вагон с двумя профессиональными охранниками. И на ближайшей же остановке было обнаружено…

– Что вагон исчез. Это и было обнаружено. Вагон для спецперевозок с решетками на окнах и опломбированными дверьми исчез, – инспектор откинулся на спинку пластмассового стула и прикрыл ладонью листки. Старик заметил этот жест.

– А двери были опломбированы?..

– Поскольку кроме осужденного в вагоне перевозились несколько ящиков специальной почты, как потом выяснилось. Охрана, узнав, что будет охранять не только подростка, провела переговоры с руководством, отправку поезда задержали почти на два часа, но потом все утряслось и за дополнительную плату охрана согласилась, но попросила вагон до места назначения почты опломбировать. Вагон должны были открыть представители власти Украины.

– Это были деньги? – поинтересовался старик.

– Не-е-ет, – неуверенно протянул инспектор, – не совсем деньги.

– Я не очень понял, это подростка подсадили к профессиональной охране, перевозившей почту, или почту подбросили профессиональным охранникам, которым особо нечего было делать с четырнадцатилетним мальчиком? – тихо спросил старик.