Зовы вечных бродяг — альбатросов,

И попутные ветры укажут маршрут

Сквозь туманы прибрежных утёсов.

Мир огромный цветной распахнётся, смеясь,

Звонким солнцем в зените играя,

Мы его воспоём, в неразрывную связь

Голоса свои в небе сплетая.

Сон Чжуан-цзы

Весной благодатной над плавной Янцзы,

Дивясь ароматам садов и полей,

Гулял знаменитый мудрец Чжуан-цзы

И думал о сути и связях вещей.

Цвет вишен манил пробудившихся пчёл,

Над лугом кружились, резвясь, мотыльки,

Ходьбой утомившись, мудрец предпочёл

На бархатной травке прилечь у реки.

Охвачен теплом и журчанием волн,

Спокоен, от бренного мира далёк,

Увидел старик удивительный сон —

Приснилось ему, будто он — мотылёк:

На крыльях послушных с цветка на цветок

Порхает беспечно, от радости пьян,

И знает доподлинно: он — мотылёк,

А вовсе не славный философ Чжуан.

Так некое время летал он во сне,

Проснувшись, себя оглядел и изрёк:

А если не сон вдруг привиделся мне,

А видит Чжуана во сне мотылёк?

Вдруг я, и сады, и под солнцем река,

И всё, что доступно, подвластно уму —

Не явь, а всего только сон мотылька?

И как догадаться, кто снится кому?

Разгадка сей притчи туманна вконец,

Но кратко своё пояснение дам:

Вчера мне приснился китайский мудрец,

Не снюсь ли, читатель, сегодня я Вам?

Алекс и Влад. "Собиратель утренней росы"

Совместная работа с Алекс Павленко. В её коллаже использована фигурка работы Марьяны Копыловой. Искренне благодарим Марьяну за подсказанную тему!

Он приходит с востока, с сиянием первых лучей,

Утро раннее сможет ему непременно помочь.

В чаще сонного леса чуть слышно бормочет ручей,

И туман над водой провожает уставшую ночь.

Всё богатство его — это звонкий хрустальный кувшин

Да весёлая дудочка тонкая из тростника,

Её песня легко долетит до кедровых вершин,

На минутку замрут, чтоб послушать её, облака.

Он собой невелик, ростом, может быть, только с аршин,

Но узором украшен небесной нездешней красы,

Он алмазную россыпь с цветов собирает в кувшин,

И незрим для людей тот чудной Собиратель Росы.

Где-то в яви иной, где стоит заколдованный лес,

Бесполезны и компас, и карта, и даже часы,

Там посланца ждёт рыжая Фея Весёлых Чудес,

Чтоб сварить эликсир из доставленной свежей росы.

Кто отведает зелья волшебного малый глоток,

Тот поймёт щебет птиц и наречия разных зверей,

И услышит, как в тёплой земле шевелится росток

И звенят колокольчики в травах лесов и полей.

Жаль, что мы не участвуем в тайной старинной игре,

И вовек не найти нам тропинку в затерянный мир…

Но попробуй, дружище, отправиться в лес на заре —

Вдруг поймёшь, что не нужен тебе вообще эликсир…

Одиночество вдвоём

Песнь журавлей пропета,

Туманом скрыта даль.

Пришла на смену лета

Холодная печаль.

В затоке под ветлою

Две лодки на мели

Осеннею порою

Приют себе нашли.

Бортами ещё трутся,

Но в прошлом мысль о том,

Что лучше б разминуться —

Поплыть своим путём.

И дремлют, ожидая,

Без дружбы, без вражды,

Когда Зима седая

Их захоронит в льды…

Exegi monumentum

Я памятник себе сработал виртуальный,

Его не посетит досужая толпа,

Неведомым путём, маршрутом маргинальным

Меж "Гуглом" и "Метой" ведёт к нему тропа.

Узнать его легко: я, с лирой под полою,

Пегаса оседлав, смотрю из-под руки,

Как исчезают за Кудыкиной горою

Слагателей стихов несметные полки.

Идут, идут, идут заложники дороги,

Поют им соловьи, венчает свежий лавр,

Мажорный полонез трубят единороги,

Выравнивает строй кудрявый Минотавр.

Мне барагозить лень с поэтовой тусовкой,

Слегка я даже рад, что мне чужда их прыть.

Покой... Лишь иногда зоил грозит ножовкой,

Пегасу норовит чего-нить отпилить...

Но цели не достичь вовек тому уроду —

Когда броня крепка и защищён и-мейл...

И может, буду всё ж любезен я народу,

Почти как Пушкин! Или даже Чип и Дейл...

О, муза! Не ропщи — не в кайф борзописанье,

Рифмую кой-когда, всё больше для души...

Прошу, не ослабляй ко мне своё вниманье!

Короче: забегай, скайпуй, звони, пиши!

Баллада о вечной любви

Премудрый Змий во время оно,

Пока вздремнул Творец седой,

Пролез в Эдем и беззаконно

У пращуров украл покой.

Познав любовь, весь род людской

С тех пор играет в некой драме,

Где каждого ждёт смерть с косой.

И лишь любовь живёт веками.

Уходит в вечность непреклонно

Существований череда,

Пустыня поглощает сонно

Племён забытых города.

Тускнеет древняя вражда,

Ржавеет меч и блекнет знамя,

Срывается с небес звезда.

И лишь любовь живёт веками.

Как стёклышки в калейдоскопе,

Кружатся лица и года,

И мы в безудержном нон-стопе

Любви не помним иногда.

Жизнь тает, словно кубик льда,

Бытьё с минутными страстями

Течёт сквозь пальцы, как вода.

И лишь любовь живёт веками.

Влюблённые, ваш путь на свет,

Зажжённый милыми сердцами,

Где нету тьмы, где смерти нет.

И лишь любовь живёт веками.

Романс

Милый друг, на былые не схожи

Наши встречи — себе вопреки

Я ни взглядом тебя не тревожу,

Ни случайным касаньем руки.

Сердце ноет, разлуку пророча,

Ты меня за печаль не брани,

Что я помню безумные ночи,

Ожиданием полные дни.