Читаем Ампирный пасьянс полностью

Первое заседание клуба состоялось 5 мая 1797 года. Французы, проживавшие в столице, прибыли на торжество в красных фригийских шапках. Сюда же прибыли мусульмане во главе с Типу-Сахибом и индусы, неся трехцветные флаги. Султана приветствовали вставанием с мест, пением "Марсельезы", возгласами "Да здравствует свобода!" и присягами. Конкретно клялись в "ненависти ко всем королям, за исключением Типу-Султана Победного!" (sic!) Превосходная цитата. Типу-Сахиб занял место за столом президиума и согласился принять пост почетного председателя клуба. Кульминация наступила в момент, когда падишах надел... фригийский колпак! И нечего смеяться: Типу-Сахиб прекрасно понимал шутовской характер всей этой церемонии, но хотя он и не читал "Государя", прекрасно понимал, что оправдывает средства, поэтому он вступил бы в союх даже с самим сатаной, если бы тот был врагом англичан. Любимой его игрушкой были приводимые в действие пружинным механизмом фигурки тигра и англичанина: тигр разрывал британского джентльмена на куски9.

Лорд Морнингтон, тогдашний английский генеральный губернатор Восточной Индии, узнав про якобинские забавы в Серингапатаме, потребовал от "почетного гражданина Французской Республики" немедленных объяснений. Типу-Сахиб, с характерной для него оборотистостью, письмо не принял, одновременно отсылая другое письмо, наполненное фальшивых объяснений и обвинений по адресу французов.

Довольно скоро после того султану стало известно, каким анахронизмом с его стороны была ставка на якобинцев, поэтому он обратился в Директорат с просьбой о помощи в размере 15 тысяч человек и флота "во имя давней дружбы с Францией, которая будет длиться до тех пор, пока солнце и луна ходят по небу". Давний адъютант Сюффрена, адмирал Вилларет-Джойез и адмирал Трюже предложили организовать еще одну морскую диверсию в Индийском Океане м возможной высадкой десанта на Полуострове через Иль-де-Франс, на котором имелось майсурское посольство. Губернатор острова, генерал Малартик, 1 февраля 1798 года докладывал: "Султан предлагает нам наступательно оборонительный договор и обязуется содержать французский корпус за собственный счет в течение всей кампании". Вся эта гора инициатив и добрых пожеланий родила экспедиционную мышь: в марте из Иль-де-Франс в Майсур отправились неполных четыре десятка офицеров и до двухсот (по другим источникам, три-четыре сотни) европейских солдат под командованием полковника Шапуа.

Типу был обманут в своих ожиданиях, но в течение всего лишь нескольких месяцев, до того момента, когда получил известие о том, что французская армия высадилась на Ниле, откуда они должны начать свой марш в направлении Ганга.

11

Уже в 1797 году (24 июня) адмирал Нельсон написал в письме: "Я настолько уверен в том, что французы в союзе с Типу-Сахибом намереваются изгнать нас из Индостана, что не успокоюсь до тех пор, пока Мангалор и другие владения Типу не очутятся в наших руках".

Он не ошибался, они и вправду собирались выбросить Англию за Борт Индийского полуострова. Именно потому, как только Наполеон высадился в Египте, на всей трассе Каир10 - Серингапатам начались сложнейшие политически-шпионские маневры, целью которых была подготовка почвы для военного союза Типу-Сахиба с Бонапарте. Наполеон со своей стороны разыскивал для этой игры и других партнеров, точно так же, как и султан, который еще ранее в круг возможной коалиции втянул Земаун-Шаха, Великого Шерифа Мекки и некоторых других влиятельных мусульманских владык. Над положением британцев в Индии нависла угроза, которая застала их врасплох и перепугала.

Типу-Сахиб ожидал, что прежде чем Бонапарте доберется до Ганга, к южным границам Индии подойдет французский флот. Англичане ожидали того же самого, потому всех их посты в зоне Индийского Океана были поставлены в состояние повышенной боевой готовности, а контр-адмирал Бленкет получил из Лондона приказ как можно скорее плыть к побережьям Полуострова. Бленкет спешил так, что даже не стал ожидать концентрации вспомогательных сил, которые должен был забрать с собой, поэтому он брал людей по дороге: в Лиссабоне, Гибралтаре и на Мысе Доброй Надежды. Вся эта спешка оказалась совершенно ненужной: 1 августа 1798 года Нельсон нагнал французский флот и расстрелял его в ходе 24-часовой битвы в заливе Абукир. Один из офицеров Нельсона привез известие о разгроме в Бомбей, и англичане тут же сообщили о нем Типу-Сахибу, одновременно маня перспективами мирного решения проблемы. Султан понял, что теперь может рассчитывать лишь на сухопутный удар Бонапарте через Сирию, Ливан и Персию. При этом сразу же направил англичанам типичное письмо, в котором заверял, что их победа над французами, "врагами рода людского", доставила лично ему громаднейшее удовольствие.