Читаем Амнезия души полностью

Сейчас Улыбка не ответил бы, когда наступил тот переломный момент. Разрозненные фрагменты соединились воедино и пролили свет на то, что еще недавно терялось во мраке. Логическая цепь выстроилась сама собой, как будто и не было недель сомнений, напряженных поисков фактов и подозрений в собственной неадекватности. В тот самый миг, когда неясная гипотеза переросла в жизнеспособную версию, его память воскресила давно померкнувшие штрихи.

Поздний осенний вечер. Улыбка, хмельной от усталости, возвращается из части в общежитие. Пронизывающий ветер хлещет по щекам, нависшее небо вот-вот разразится колючим ливнем. Возле продуктового магазина стоит пожилая женщина и пересчитывает на ладони мелочь. Она странно одета, почти по-цыгански: длинная юбка, блестящая косынка на голове, широкая, явно мужская кофта. Лицо русское. Что-то заставляет Улыбку остановиться:

– Вам ничего не нужно? – спрашивает он и чувствует себя идиотом.

Женщина поднимает на него усталый взгляд и, не удостоив ответом, возвращается к своему занятию. Что-то в ее облике, в скорбных морщинах нахмуренного лба, в быстрых пальцах, считающих мелочь, удерживает внимание Улыбки. Он не понимает, что на него находит. Выгребает из кармана деньги – все, сколько есть, рублей триста – и кладет на ее ладонь.

– Простите, – он отворачивается, намереваясь поскорее уйти.

Женщина останавливает его, хватая за рукав камуфляжной куртки.

– Погоди ты, – шепчет она. Берет его кисть и несколько секунд сосредоточенно всматривается в линии. – Друга ты потеряешь, – говорит она тихо, но уверенно, и он ощущает бегущий по спине холодок. Слушать дальше нет желания. Улыбка делает попытку уйти, но гадалка удерживает его. – Друга потеряешь, но не на войне. В миру. Женщина его убьет. Ее и ищи.

Улыбка окончательно приходит в себя, вырывает руку и поспешно удаляется, проклиная неуместное желание помочь гадалке. Много на земле ненормальных.

Удивительно, как он мог забыть об этом эпизоде? Странная встреча растворилась в прошлом, словно никогда не происходила в реальности. И вот теперь, спустя долгие годы, внезапно выплыла из небытия – предельно точная, живая. По прошествии времени иначе оцениваешь минувшие события. То, что раньше казалось не заслуживающим внимания вздором, впоследствии становится едва ли не откровением.

Иногда правильный ответ достигается путем ошибочных рассуждений. Но если на уроке математики важен процесс решения, то в жизни ценен итоговый результат. Улыбка понимал, что вывод, к которому он пришел, возник в результате непостижимого, немыслимого стечения обстоятельств. Но правдивость этого вывода почти не вызывала у него сомнений. Требовалось последнее, прямое доказательство, чтобы девяносто девять процентов достигли железных ста. И Улыбка принял решение.

Гончарова демонстрировала явные признаки нервного расстройства – сказывались последствия двухмесячного плена. Она бросалась в крайности, закатывала истерики и могла бы запросто угробить себя до того, как он, Улыбка, получит ответ. Чтобы план удался, Гончарова должна была оставаться живой и в здравом уме. Телохранитель Артем, парень циничный и не слишком усердный, поглядывал на напарника с легкой иронией, не разделяя его озабоченности.

– Наша работа – защитить клиентку от плохих парней. Мы не обязаны везти ее домой, если она напьется или накачается дурью до беспамятства.

Объяснять причины своей чрезмерной опеки Улыбка не собирался. Выжидал подходящего момента, чтобы осуществить задуманное. И такой момент не заставил себя ждать.

Улыбка умел ладить с детьми. Никаких специальных методик – само получалось. Сынишка сестры в дяде Мише души не чаял, повисая на нем обезьяной каждый раз, когда тот приходил в гости. Строгое выражение дядиного лица не смущало мальчишку. Дети смотрят глубже. Улыбка не изображал из себя умного взрослого, не требовал уважения по умолчанию. Возможно, поэтому детвора и липла к нему.

С дочкой Гончаровой проблем у него не возникло. Проблемы пришли с неожиданной стороны.

Улыбка планировал позвонить через двое суток после похищения ребенка, дабы безутешная мать в полной мере прочувствовала ситуацию. Он был уверен, что Гончарова выполнит его требования и не сообщит в полицию – неизвестный был довольно убедителен в своих угрозах. Кроме того, если подозрения Улыбки справедливы, Гончарова сама не захочет связываться с правоохранительными органами.

Расчет оказался верен. В полицию Гончарова не позвонила. Но на этом запланированные действия закончились, и начались сюрпризы.

Улыбке стоило немалых усилий сохранять невозмутимость, наблюдая за происходящим в ее квартире. Гончарова провела собственное расследование и нашла виновного. Факт причастности ее любовника к исчезновению дочери выглядел крайне правдоподобно, учитывая вскрывшиеся обстоятельства. Улыбка бы восхитился дедуктивными способностями Гончаровой, не знай он истинного положения дел.