Читаем Америкен бой полностью

Пока гости рассаживались, и Ник, радуясь своему положению настоящего хозяина настоящего дома, спра­шивал, кому что налить, Деб «суетилась по хозяйству». То есть выкладывала в пять тарелок пять закусок из пяти приобретенных в супермаркете пакетов. Таким образом, стол оказался облагорожен несколькими банками пива, вазочкой со льдом, огромной бутылкой «Смирновской», которую, впрочем, почти не тронули, сыром, ветчинкой, орешками, салатом и маслинами.

Шика со «Смирновской» не получилось. Калягин пить отказался наотрез, за ним, скрепя сердце помотал голо­вой и оператор. Ник к тому времени уже плеснул в два стакана и почти с мольбой взглянул на техника. Тот посомневался мгновение, но потом решил не обижать парня и, рискнув выговором, кивнул. А чтобы больше об этом не думать, тут же чокнулся с Ником да и махнул свои сто грамм залпом, закусив маслинкой. Ник последо­вал его примеру. Но не оттого, что так привык. Так он как раз отвык и предпочитал пить по-американски, лишь пригубливая свою порцию. Просто не хотелось, чтобы все подумали, что он корчит из себя американца. Хлоп­нул, в закуске тоже отдал предпочтение маслинкам и слегка «потеплел».

Отпустило напряжение от съемки, Деб уютно сидела рядом, разговор, плавно перетекая с английского на рус­ский, плелся своим чередом. Ник протянул к секретеру руку и достал тоненький альбом для фотографий:

— Это наш общий,— сказал он.— Видите, как мало еще...

И протянул его гостям:

— Вот это я, когда в Америку прилетел.

На фотографии был запечатлен изможденный подрос­ток, больше похожий на индийца, с темной кожей и звери­ным взглядом исподлобья. Корреспондент недоверчиво посмотрел на Ника: здоровый, веселый, обаятельный — он не был даже отдаленно похож на свою фотографию.

— Мне самому иногда кажется, что это ошибка и сфотографировали кого-то другого,— чуть смущенно улыбнулся Ник.— Я-то самого себя таким не помню — там зеркал не было. Иногда смотрю и жалею себя. Странноватый парнишка, правда?

— Узнать трудно,—сдержанно согласился корреспон­дент, а подвыпивший техник, решивший, что раз все равно нагоняя не миновать, то можно принять и еще, поглядел на фото, на Ника, и сказал:

— А давайте в сюжет доснимем? Это ж контраст какой!

Но его предложение поддержки не встретило.

Повисла неловкая пауза. Босс Калягин отстраненно думал о том, что эта далекая и неафишируемая война в диком Афганистане

как-то слабо перекликается с его солнечными репортажами из столицы США, и поднимать все это нет никакого смысла. Ну, предположим, война. Мало ли их? Все время кто-то кого-то мутузит. И с точки зрения профессионала— не киллера, а репортера,— все одинаково виноваты, и пользы от анализа нет никакой.

Он задумчиво перелистывал альбом. Больше таких страшных фотографий не было. Ник везде улыбался. Вот мелькнула первая фотография с Деб: групповой снимок на фоне баскетбольной площадки. Потом они фигурировали уже парой. Вплоть до предпоследней фотографии — свадебной. Последней в альбоме была фотография, на которой Ник показывал группе одетых в спортивную форму мужчин какое-то сложное движение. Судя по об­щему абрису позы, это было занятие по каратэ.

— Вы спортом занимаетесь? — спросил корреспон­дент, кивая на снимок.

— Это моя работа,— просто пояснил Ник.— Я тренер в спортзале «Саут Атлетик».

— Учите американцев боевым искусствам?

— Не только. Я инструктор,— Ник улыбнулся.—Зна­ете, весь этот набор: стрельба, селф-дефенс, выживание, прыжки с парашютом, борьба, конечно, тоже. Надеюсь, ни одному моему ученику ни один из привитых мной навыков не пригодится. Но они будут продолжать ходить ко мне — в конце концов все вот это,— Ник кивнул на фотографию,— единственное, что я умею делать профес­сионально.

— Да, Америка очень благополучная страна. Но я то­же замечал, что американцы с большой охотой тратят деньги именно на то, что им совсем не нужно.

— Ну, так тоже нельзя сказать,—мягко возразил Ник.— Никому не повредят ни крепкие мускулы, ни хоро­шее здоровье.

— Значит, армия все-таки хоть что-то вам дала? — только уже задав вопрос, оператор понял, что не стоило встревать в разговор, да еще с такой бестактностью.

Ник, впрочем, ничего не ответил, только чуть пожал плечами: не соглашаясь, ни отказываясь. Паузу прервал все тот же техник.

— Давай выпьем, что ли. На посошок, Ник...