Читаем Американское иго полностью

Скопище мелких государств будет очень легко отлучить от скудеющих источников нефти и газа, переведя их на потребление древесного спирта и угля.

И не стоит, друзья мои, недооценивать «раздробительного» сценария. В одной лишь старушке Европе тлеет множество очагов сепаратизма и раскола. Фламандцы и валлоны в Бельгии, сторонники независимости Бретани и Корсики во Франции, несколько очагов национализма в Испании, где баски — это лишь самый яркий пример. Не забудем Италию, где есть сторонники отделения Падании, севера страны. Об Азии, Африке и Латинской Америке даже говорить не приходится! На горьком опыте нашей родины — СССР мы прекрасно знаем, как легко можно раздуть сепаратизм и поссорить людей, еще вчера живших в мире и согласии, особенно в сытом обществе. Немного усилий — и вот те, кто еще намедни женил своих сыновей на дочерях из другого народа, сегодня превращаются в озверелую толпу погромщиков.

А терроризм — это ведь прекрасно моделируемое явление. Тот, кто держит в руках мировые телесети и самые сильные спецслужбы, может устраивать самые впечатляющие теракты и катастрофы тогда, когда это необходимо по сценарию. Это мы с вами тоже проходили. Можно имитировать «естественный исторический процесс» и всякие «случайности» уже на современном технологическом уровне. То-то еще будет!

«А где же нацизм?» — спросите вы меня. А это, читатель, другая возможная траектория развития «цивилизованного мира». Все больше умных людей говорит о том, что глобализация провалится и что на самом деле мир ожидает деглобализация — эпоха, в которой страны и целые блоки государств опять отгородятся друг от друга таможенными тарифами и всевозможными преградами на пути свободного течения капиталов, начав политику «экономического национализма».

Давайте допустим вариант, при котором американцы, французы, немцы и прочие граждане западного мира не захотят становиться лишним населением. Давайте посмотрим, что ждет мир, если сами западники пошлют глобализацию на три буквы, а ВТО просто-напросто развалится.

Но если это случится, то рая не наступит. В этом случае Западу тоже будет очень больно. По очень простой причине: части производств он уже лишился и будет вынужден налаживать их заново. Все окажутся похожими на слепых котят, которые попали в новый, неведомый мир — очень жестокий и нестабильный, напичканный разными проблемами и дефицитами. Народу в США и Европе придется отвыкать от дешевых товаров из жарких стран, приучаясь жить более скромно. То есть придется больше работать и меньше потреблять. Нужно будет привыкать к экономии нефти — потому что станет ощущаться ее нехватка и дороговизна. Запад окажется перед необходимостью тратить больше денег на обучение инженеров и ученых, чем на помощь инвалидам и половым извращенцам, — потому что понадобится переходить на новые технологии, возрождая для этого и образование, и науку. Иначе просто нельзя подготовиться к жизни в «мире-без-нефти». Ну а миллионам людей в странах заходящего солнца придется коренным образом ломать свою жизнь, осваивая новые профессии. Ведь старые их навыки окажутся невостребованными в новом мире. Все придется создавать заново — и государственные институты, и внешнюю политику, и экономику, претерпевая лишения перехода в новую эпоху, которая сменяет собой индустриальную эру.

И вот тут-то западники приходят прямиком к нацизму. Потому что в этом варианте будущего и США, и европейские страны сталкиваются с громадными проблемами, которые демократическая модель общества решить не в состоянии.

Среди американцев и европейцев довольно-таки много людей, в той или иной степени склонных к нацизму. Скажем, в США миллионы белых работящих мужиков недовольны тем, что их предприятия закрываются и переводятся в Мексику с ее дешевой рабсилой, что им, белым американцам, приходится терпеть падение заработков и конкурировать за рабочие места с пришлыми латиносами и прочими иммигрантами. Им не нравится политкорректность, и они уверены в том, что негры обнаглели, что они живут теперь за счет белых. Аналогичные настроения есть и в Европе — с той только разницей, что ненависть обращается не на негров и мексиканцев, а на пришлых турок, арабов, курдов, иммигрантов из Юго-Восточной Азии и из бывшего советского блока. Австрийцы уже голосовали за Йорга Хайдера, признававшегося в любви к экономической политике Третьего рейха. И во Франции позиции националистов очень сильны. И в Германии они усиливаются.