Читаем Америка (Reload Game) полностью

Начали, для разминки, с вопроса протокольного: чего дарить-то будем государыне — не сервиз же из чиста-золота? Кто-то припомнил, что на днях в тайге под Новоякутском срубили небывалую секвойю, двадцати с гаком саженей в обхвате; если годичные кольца не врут, секвойя та помнит еще Троянскую войну — так вот, не смастерить ли из цельного ее спила невиданный в мире стол, с аллегорическими инкрустациями на тему «Илиады»? Если что — умелец Евсеич с третьего участка на такие штуки мастер, надо б ему только картинки показать из того Эльзевировского издания Гомера, ну, что от маэстро Хиддинка осталось… Затею с аллегориями, однако, по размышлении отвергли: роль Елены вряд ли придется по вкусу самой императрице, а отразить ее в виде полуобнаженной Афродиты, выигрывающей конкурс «Мисс Олимп» — в Петербурге могут это не так понять… Купчина Володихин же, выражая мнение большей — старообрядческой — части Негоциантов, мрачно пробасил, что секвойевый пень тот подвернулся как нельзя кстати, но изготовить из него надо, конечно же, не стол, а эксклюзивную плаху на двенадцать персон; вручать ее отправимся самолично, всей Конференцией — чего тянуть-то? Тут все, как по команде, оглянулись на Президента.

Третий президент, Петр Андреевич Епанчин, был молод, на высокий пост свой заступил без году неделя, причем — чего уж греха таить! — скорее, не в силу собственных талантов, а как компромиссная фигура, более или менее устроившая соперничающих между собой «тяжеловесов». Проявить себя в деле случая пока не имел, хотя хорошо образован (Геттинген и Саламанка), аккуратен и дипломатичен (весьма успешно возглавлял до того амстердамское представительство Компании), да и в истинной вере тверд — что немаловажно. Шутки шутками, но ведь парню-то, весьма возможно, с той аудиенции и вправду — прямиком в Петропавловку!

Тот, однако, полагал иначе. Идея с секвойевой плахой, широко улыбнулся он высокому собранию, безусловно хороша, но запоздала лет на восемь: такой подарок открыл бы нам путь к сердцу Анны Иоанновны, но вряд ли его оценит должным образом Елизавета Петровна, отменившая недавно в Российской империи смертную казнь… Однако шутки в сторону, compañeros: императрица, насколько можно судить по независимым отзывам, человек добрый и — что гораздо важнее — в высшей степени разумный. Сие означает, что она, похоже, не склонна отмораживать себе уши назло бабушке и резать куриц, стабильно несущих золотые яйца, приговаривая «На идеологии мы не экономим!»

Хочу напомнить вам, compañeros, что Императорская фамилия — и это великое благо для нас всех! — крупнейший акционер-совладелец Компании, так что Её Величество имеет абсолютно законное право поинтересоваться состоянием наших финансов. Вот именно в этом качестве я и отбываю в Петербург: как наемный управляющий — каковым я, собственно, и являюсь, — вызванный для отчета на собрание внешних акционеров. Акционеров тех — одна штука, но это ровно ничего не меняет в статусе сторон: я — лицо вполне подотчетное собранию акционеров, однако вмешиваться, через мою голову, в оперативное управление хозяйственной и иной деятельностью Компании они не вправе. Вот этой линии мы и станем держаться в Петербурге; и прошу срочно подготовить для меня подробную сводку по выплатам дивидендов, налогам и реинвестициям за все годы — в этой части, как я понимаю, наша бухгалтерия прозрачна, как слеза херувима?

Следующий пункт. Я полагаю, compañeros, что наша стратегия по части связей с Метрополией должна быть сформулирована так: «Мы к вам — если захотим, а вы к нам — если сможете». Чем позже они смогут к нам — со всеми своими фискалами, профосами и обер-прокурорами — тем лучше, это ясно, но ведь рано или поздно они всё равно до нас дотянутся… Так вот, наш шанс — единственный, как я понимаю — это доказать им свою незаменимость, причем именно в нынешнем нашем зазеркальном статусе. И еще — они могут себе позволить следовать за событиями, а мы обязаны предугадывать и опережать их. К примеру, нам придется самим наладить какое ни на есть сообщение с Метрополией — не дожидаясь, пока они это сделают за нас; на что я и прошу сейчас санкции высокого собрания…