Был женат два раза. Первая жена умерла вскоре после рождения дочери. Дочь звали Алиса, и была она девушка темпераментная и буйная, и многих этим смешила, а некоторых раздражала. Когда кто-то из приближенных сделал Рузвельту по этому поводу замечание, Рузвельт сказал – «Я могу управлять либо страной, либо Алисой, но совместить эти две обязанности не представляется возможным». Про обожающую общество и вечеринки Алису он говорил, что она «на каждой свадьбе невеста и на каждых похоронах покойник». Алиса отвечала, что он все тоже самое, и еще «младенец на всяком крещении». Курила на публике, шокируя этим публику. После того, как Рузвельт запретил ей курить в Белом Доме, она стала забираться на крышу и курила там, у флага. Вышла замуж за политика, дочь родила от другого политика, с которым состояла в связи. Дружила впоследствии с Первой Леди Элеонор Рузвельт (дальней родственницей, а мачеху свою терпеть не могла). Пережила дочь, воспитала и взрастила внучку, умерла в возрасте девяносто шести лет. Президенту Джонсону, в шестидесятых, сказала, «Ношу широкополые шляпы специально, чтобы вы не могли меня поцеловать». В общем, ничего особенного, но остальные пятеро детей Рузвельта, от второго брака, ничем особенно себя не проявили, а Алису Америка обожала, называя ее во время правления Рузвельта «Принцесса Алис».

За Рузвельтом последовал Тафт, о котором уже говорилось ранее. Собственно, Рузвельт сам продвигал Тафта, не желая переизбираться на третий срок, дабы не нарушать традицию (закона, ограничивающего количество президентских сроков, тогда еще не было). Но затем Тафт пошел вразрез с какими-то пожеланиями Рузвельта, Рузвельт обиделся и в 1912-м году баллотировался от третьей, «Прогрессивной» партии. На выборах победил Вудроу Уильсон. Через два года Позолоченный Век кончился, но именно в этом коротком промежутке, под занавес, Генри Форд успел запустить первый конвейер.

Глава шестая. Лирическое интермеццо

Тепловую энергию человечество использует для защиты от зверей, обогрева, и производства пищи с незапамятных времен. Для получения тепловой энергии, как известно, нужно взять нечто, чья структура легко поддается возгоранию, и уничтожить эту структуру. При уничтожении выделяется тепло.

Преобразовывать энергию, полученную путем уничтожения структуры веществ, научились тоже давно. Ракеты запускали еще в древнем Китае.

Мысль коммерческая шла, как всегда, впереди всех, а мысль военная – сразу за нею, далеко позади оставив мысль гражданскую.

Средневековые ломбардцы придумали способ преобразования полученной тепловой энергии, который позволял метать тяжелые предметы с большой скоростью на относительно большие расстояния с целью пробивания стен и смертоубийства прячущихся за стенами. Первый заказ ломбардцы получили от командования Людовика Десятого, сына Филиппа Красивого, и изделие их успешно применено было «на поле брани».

Легко возгоралась серная смесь. При уничтожении структуры помимо тепла выделялось много газа, и газ этот в естественном состоянии занимал гораздо больше места, чем то, из чего получался. Уничтожение структуры смеси давало таким образом эффект мгновенного расширения вещества. И вот ломбардцы придумали, что если вещество это с целой еще структурой натолкать поплотнее в чугунный цилиндр, подвести через малых размеров отверстие фитиль, а через открытую сторону цилиндра запихать в него чугунный шар, плотно прилегающий к стенкам, а фитиль поджечь, эффект мгновенного расширения вытолкнет шар очень быстро, и шар полетит и во что-нибудь врежется.

Мысль совершенствовалась – на пользу, опять же, воякам. Шар уменьшили, цилиндр сузили и удлинили, вместо фитиля придумали кремневое ударное приспособление, высекающее искру – получился мушкет. Шарики, вылетающие из мушкета, пробивали любые доспехи, и доспехи стали не нужны.

На этом мысль остановилась на три столетия.

Сэр Айзек Ньютон, физик

Затем, уже в эпоху Ньютона, население Англии выросло значительно, и для разных нужд на территории всего острова вырубили все леса. Подход этот не представляется целесообразным сегодня, а тогда представлялся еще менее целесообразным, но леса все равно были вырублены. Древесина использовалась так, как сегодня нефть – бездумно и безответственно.

Начали топить углем. Уголь густо коптит, но горит лучше, чем дерево, воспламеняется резвее, тепла дает больше. Беда в том, что на поверхности его мало – нужно копать. Стали копать.