Читаем Алтарь Тристана полностью

– Может, мне остаться? – великодушно предложил Игорь. – Заказчица проблемная?

– Чуть больше, чем я думала… Иди! – Александра сделала отстраняющий жест. – Справлюсь, тут ничего сложного.

Слушая удаляющиеся шаги, хлопанье тяжелой двери внизу и наступившую затем в подъезде тишину, она остро чувствовала свое одиночество. И все же Александра не жалела о том, что отвергла только что предложенную помощь. Здесь, за дверью, в полном безмолвии, в квартире, которая казалась необитаемой, ее ждала тайна, оказавшаяся еще более темной, чем художница предполагала вначале. Закрыв глаза, она собиралась с мыслями, переводя дух перед решительным шагом.

«Он мертв, его, можно сказать, не было. Значит, Ирина – самозванка. Она явилась из ниоткуда, выдав себя за жену Ивана. Но как старик мог поверить в нечто подобное? Он безумен? Потерялся в своих снах? У меня не было такого впечатления, когда я с ним общалась, но все может быть… Как тогда должно выглядеть завещание, которое он составил на давно покойного сына? Какой нотариус мог его принять? И на что рассчитывает Ирина?»

«А Нина? Какую роль может играть эта женщина, которой, конечно, отлично известны все семейные обстоятельства?! О том, что у сестры когда-то умер ребенок, она не могла не знать! И тем не менее со мной она говорила об Иване как о живом! Они обе, не сговариваясь, говорили о нем как о живом, но он мертв! Эти две женщины – враги, но тут они сошлись! Но вот она, реальность, – у меня в сумке, записана на листе бумаги, с этими фактами не поспоришь, Иван мертв, его нет! Что это значит? Они обе лгут, и каждая с легкостью разоблачила бы ложь другой. Значит, они сговорились? Зачем?!»

Ей вспомнился последний разговор с Гдынским. «Он говорил как человек, у которого есть определенные воспоминания о сыне. Есть некое общее прошлое, счеты, обиды. Невероятное самоубеждение! И главное, то, что он сказал напоследок…»

Она отчетливо помнила бледное лицо сидевшего в кресле человека, его внезапно загоревшийся надеждой взгляд и лихорадочный шепот, срывающийся с губ: «Они ждут, когда я умру, и одной из них достанется все! Но я не желаю благодетельствовать ни той, ни другой, если Иван жив!»

…Грохот захлопнувшейся внизу подъездной двери вывел ее из задумчивости. Вздрогнув, Александра потянулась к звонку и нажала его. Девушка с таксой, возвращавшаяся с прогулки, поравнялась с ней и, поднимаясь выше по лестнице, мельком, с удивлением оглядела Александру. Художница нажала звонок еще раз – никакого ответа. Она слышала, как в квартире, за дверью, слабо отдается трель, но никто не вышел открыть.

«Что происходит? – недоумевала женщина. – Гдынский при смерти и при нем никого нет?! Куда делась Ирина? Она ведь пошла домой? И в любом случае, тут ведь была Нина… Может быть, все уехали в больницу?»

Внизу снова хлопнула дверь. Спустя несколько минут на площадке рядом с Александрой остановилась пожилая женщина, которую художница сразу узнала. Соседка, которая впустила ее в квартиру Гдынского во время прошлого посещения, тоже узнала ее и приветливо осведомилась:

– Снова к ним? Неужели никого нет?

– Я звоню – не отвечают… А Виктор Андреевич чувствует себя хуже, вот я и хотела зайти… – сбивчиво заговорила Александра. Внезапно ее обожгло: – Послушайте, мы с вами в прошлый раз говорили об Иване… Получается, вы знаете его?

– То есть? – недоуменно, все больше настораживаясь, ответила женщина. – Когда-то знала, пока он здесь жил. Много лет не видела. Да в чем дело?

– Так… – Александра, окончательно сбитая с толку, не сводила с нее растерянного взгляда. – Я подумала… Ничего… Вы можете отпереть мне дверь, как в прошлый раз? Я привезла Виктору Андреевичу подарок. Он его очень ждал!

Возможно, только наличие массивного свертка, прислоненного к стене, убедило соседку вновь оказать услугу. На этот раз она держалась куда недоверчивее. Александра, понимавшая, что женщину озадачили ее странные расспросы, помалкивала.

– Куда они подевались? – Позвонив несколько раз, соседка отперла дверь своим ключом с явной неохотой. – Завели моду бросать старика одного… Говорите, ему хуже? Сынок-то когда собирается приезжать?

– Будет на днях…

Художница с усилием приподняла тяжелый сверток и перенесла его через порог. Выпрямившись, она прислушалась. Соседка, не двигаясь с места, тоже слушала тишину. Взгляды женщин встретились.

– Вроде никого нет? – вопросительно произнесла соседка. – Давайте-ка, от греха, выйдем. Я дверь запру, а вы позже зайдете. Я вас тут оставлять в пустой квартире не могу, сами должны понимать.

Александре все же удалось настоять на том, чтобы заглянуть во все комнаты и убедиться, что никого нет. Соседка не отставала от нее ни на шаг, впрочем, ее присутствие Александру не только не стесняло, но и подбадривало. Эта внезапно опустевшая, словно вымершая квартира пугала ее. Первое впечатление оказалось верным, все комнаты были пусты.