Читаем Алтарь Тристана полностью

– У меня появилась идея, как узнать о судьбе Ивана. Одна подруга в Париже взялась это сделать в ближайшее время. Она уверена, что сумеет найти его следы в театре, если он, конечно, все еще там работает.

На этот раз пауза затянулась надолго. Нина не издавала ни звука, и Александре показалось даже, что связь прервалась. Однако, стоило окликнуть собеседницу, та немедленно ответила:

– Я здесь, просто думаю… А эта ваша подруга не напугает его? Он ведь работает нелегально, может, и говорить с ней не станет. Когда она туда собирается?

– Точно не знаю, она обещала не тянуть, – ответила Александра.

Художница была озадачена тем, что новость не вызвала у Нины никакой радости. Более того, она все явственнее слышала звучавшие в голосе собеседницы скептические нотки.

А та продолжала:

– Вы думаете, мы не пытались его найти? Сделали все, что смогли. Однажды его приятель поехал в Париж, так я чуть не на коленях умоляла парня сходить в театр. Но Иван как раз был с труппой на гастролях, и ничего не вышло. И потом, не очень они там разговорчивые, ведь у него документы не в порядке. Ваша подруга ничего не узнает!

– По-моему, вы сами не очень заинтересованы в том, чтобы его найти! – не выдержав, в сердцах заявила Александра. – Мне, чужому человеку, и то больно смотреть, как мучается ваш несчастный родственник! А может, это как раз потому, что я чужая и мне нечего ждать наследства?!

Едва произнеся эти слова, она уже пожалела об этом, но Нина, вопреки ожиданиям, не обиделась, а вполне дружелюбно ответила:

– Бросьте вы, мне для себя ничего не нужно, я стараюсь для Ивана! Все будет оформлено так, что через меня достанется ему, если только он жив! Главное, чтобы не ей!

– Главное, по-моему, сделать так, чтобы отец успел убедиться в том, что сын жив! – возразила Александра. – Виктор Андреевич болен, уже слаб. Наследство так или иначе вы успеете разделить. А вот увидеть сына он может не успеть!

– И что вы предлагаете? – Голос Нины сделался необыкновенно серьезным. – Ваша подруга найдет его в Париже, выкрадет и привезет контрабандой в Москву? А если он сам не захочет ехать? Об этом вы не подумали?

– Он знает, что отец болен?

– Со слов Иры – знает. Но она может и врать, что передала!

Александра молчаливо согласилась с этим предположением. Она уже успела убедиться в том, что Ирина готова на все, чтобы испортить жизнь неприветливому свекру и его родственнице. «Могла и не передавать всей правды… Могла искажать факты. Если человека довести, он сделает такое, о чем потом всю жизнь, до самой смерти, будет жалеть…»

Вслух же она произнесла:

– Обойдемся и без контрабанды. Личная встреча отца и сына необязательна, а если там еще и с документами проблемы, невозможно сделать все быстро. Они могут увидеться более простым способом. Техника сейчас…

– Техника тут ни при чем… – насмешливо перебила Нина. – Вы меня не слышали, кажется? Я же вам говорю, Иван может вовсе не рваться утешать отца. У него есть на то причины.

– Какие же? – недоуменно спросила художница.

– Они в ссоре, – охотно сообщила Нина. – Расстались почти врагами. Пока я поддерживала между ними связь, общались кое-как, сквозь зубы. А какие там взаимные приветы передает Ирина, этого я не знаю.

– Почему же они поссорились?

– Да как раз из-за этого самого театра… Отец был недоволен, сын туда рвался. Нашла коса на камень…

– Но неужели нельзя помириться?

– А кто из них сделает первый шаг? – язвительно ответила женщина. – Нет, они оба уперлись, на одну колодку сделаны, и отец, и сын. Когда Господь раздавал людям терпение, оба в очередь не становились, зато их мать, моя сестра покойная, стояла три раза, видно, за себя и за них…

– Она умерла молодой?

– Совсем молоденькой, – тяжело вздохнула Нина. – Ей было двадцать четыре всего. Ваня осиротел, когда ему не исполнилось и двух лет… Муж-то ее намного старше, на двадцать лет. Иногда ночью лежу на боку, подсчитываю. Сейчас мне пятьдесят, Маше было бы пятьдесят два… И вся жизнь еще была бы впереди. Виктор сам еще не так уж стар, просто болезни одолели, вот он и одряхлел. Собственно, с тех пор, как Маша вдруг умерла, так рано, он и сам уже почти не жил… Тянул лямку. Любил он ее, конечно, необыкновенно!

– А кто такой Тристан? – наобум задала вопрос Александра.

На сей раз Нина молчала почти минуту. Художница уже жалела, что спросила, обманувшись неожиданной словоохотливостью собеседницы. Но Нина все-таки ответила. Ее голос звучал недоуменно:

– То есть? Кто это такой вообще?

– Вы не знаете?!

Александра почти обрадовалась, услышав такой ответ. Она сама едва понимала, хотела ли узнать правду. Как всегда, ее больше истины привлекала загадка.

– Не знаю, впервые слышу, – раздалось тем временем в трубке. – А какое отношение он имеет к Маше?

Александра поспешила заверить:

– Никакого, я задумалась и сказала не то, что хотела. А вот о чем действительно мне нужно спросить… Нина, ваша сестра часто бывала в Москве? Я знаю, что она скончалась здесь, после того как они с мужем приехали из Свердловска, но меня интересует более раннее время!