Читаем Алхимик (сборник) полностью

И отошел с удовлетворенной улыбкой. Глядя ему вслед прищуренными глазами, Лидия сказала себе, что победила, что Бурсон так и не обнаружил ее укрытия. Но потом Бурсон улыбнулся ей, и она засомневалась, а не знает ли он правду, не играет ли с ней, как кошка с покалеченной мышью.

– Спасибо, Бурсон, – сказала Белари и помедлила, рассматривая огромное создание, которое внешне напоминало человека, но двигалось с дикой, звериной ловкостью. – Ты усилил охрану?

Бурсон кивнул.

– Ваш феод безопасен. Мы заканчиваем проверять работников на мелкие нарушения.

– Что‑нибудь нашли?

Бурсон покачал головой.

– Ваши слуги любят вас.

Голос Белари стал резким.

– То же самое мы думали про Стивена. А теперь я ношу бронежилет в собственном поместье. Я не могу позволить себе утратить популярность. Это слишком сильно отразится на моих акциях.

– Я работал тщательно.

– Если мои акции рухнут, Вернон подключит меня к «ТачСенс». Я этого не допущу.

– Я понимаю. Ошибок больше не будет.

Белари хмуро посмотрела на возвышавшегося над ней монстра.

– Хорошо. Идем. – Она поманила Лидию за собой. – Тебя ждет сестра.

Взяв девочку‑флейту за руку, она вывела ее из зала для представлений.

Лидия оглянулась. Бурсона не было. Суетились слуги, расставляя по столам срезанные орхидеи, но Бурсон исчез – либо слился со стенами, либо умчался по делам безопасности.

Белари дернула Лидию за руку.

– Ну и заставила ты нас побегать! Я думала, снова придется разбрызгивать феромоны.

– Простите.

– Ничего страшного не случилось. На этот раз. – Белари улыбнулась ей. – Нервничаешь из‑за сегодняшнего вечера?

Лидия покачала головой.

– Нет.

– Нет?

Девочка‑флейта передернула плечами.

– Мастер Уиер купит наши акции?

– Если предложит достаточную цену.

– А он предложит?

Белари улыбнулась.

– Думаю, что да. Вы уникальны. Как и я. Вернону нравится коллекционировать красивые редкости.

– Какой он?

Улыбка Белари потускнела. Она подняла глаза, сосредоточившись на пути через замок.

– Когда я была девочкой, очень молоденькой, намного младше тебя, задолго до того, как стала знаменитой, я часто играла на детской площадке. Пришел мужчина, чтобы посмотреть, как я качаюсь на качелях. Он хотел быть моим другом. Он мне не нравился, но рядом с ним у меня кружилась голова. Все, что он говорил, казалось таким логичным. Он дурно пах, но меня от него было не оттащить. – Белари покачала головой. – Чья‑то мать прогнала его. – Она посмотрела на Лидию. – Он использовал химический одеколон, понимаешь?

– Контрабандный?

– Да. Из Азии. Здесь он запрещен. Так же и с Верноном. От него по коже бегут мурашки, но он привлекателен.

– Он к вам прикасается.

Белари бросила на Лидию печальный взгляд.

– Ему нравится опытная старая карга в юном девичьем теле. Хотя вряд ли это имеет значение. Он прикасается ко всем. – Она слабо улыбнулась. – Но не к тебе. Ты слишком ценна, чтобы тебя трогать.

– Слишком хрупка.

– Откуда такая горечь? Ты уникальна. Мы сделаем из тебя звезду. – Белари жадно посмотрела на свою протеже. – Твои акции взлетят, и ты станешь звездой.

Лидия наблюдала из окна, как подъезжают гости Белари. Сопровождаемые службой охраны воздухомобили низко скользили над соснами, помигивая в темноте зелеными и красными габаритными огнями.

Ния встала рядом с Лидией.

– Они уже здесь.

– Да.

Снег покрывал ветки толстым слоем глазури. Время от времени голубые лучи прожекторов подсвечивали белизну и черные силуэты деревьев – это лыжные патрули Бурсона искали характерное инфракрасное свечение незваных гостей, которые могли прятаться в сосновых тенях. Лучи озарили древнюю громаду подъемника, карабкавшегося на гору из города. Подъемник был ржавым и молчаливым, только ветер играл его сиденьями и раскачивал кабели. Еще одна жертва Белари. Белари ненавидела конкуренцию. Теперь она была единственным покровителем городка, сверкавшего в чаше долины далеко внизу.

– Тебе нужно одеться, – сказала Ния.

Лидия повернулась к сестре‑близнецу. Черные глаза, словно бездонные ямы, смотрели из‑под прозрачных век. Бледная, лишенная пигментации кожа, худоба, подчеркивающая изящество костей. Это была единственная настоящая вещь: их кости. Именно они привлекли внимание Белари, когда девочкам было всего одиннадцать. Достаточно взрослые, чтобы забрать их у родителей.

Взгляд Лидии вернулся к окну. Глубоко в узкой расщелине горной долины переливался янтарными огнями город.

– Ты скучаешь? – спросила она.

Ния придвинулась ближе.

– Скучаю по чему?

Лидия кивнула на мерцающую драгоценность.

– По городу.