Читаем Али. Жизнь полностью

У Али были и другие Тонто. Гарольд Конрад, промоутер, который рекламировал первый бой Сонни Листона, связался с двадцатью двумя штатами от имени Али, проверяя, хватит ли смелости у какого-нибудь губернатора или председателя спортивной комиссии, чтобы дать Али возможность выступать. В свою очередь, Килрой тоже писал письма и совершал звонки. Казалось, что спортивная комиссия Калифорнии была открыта для этой идеи, но губернатор Рональд Рейган перечеркнул все планы. Власти Невады согласились разрешить Али драться, но криминальные фигуры, управлявшие крупными отелями Лас-Вегаса, сорвали сделку. Конрад разработал план боя Али с Фрейзером на арене в мексиканском городе Тихуана, пообещав Министерству юстиции США, что Али проведет не более шести часов за пределами американских границ. Но и этот план не сработал. Рассматривались другие места: Детройт, Майами, даже Болей, полностью черный город в Оклахоме с населением 720 человек. Джин Килрой и бывший профессиональный футболист Эд Хаят лоббировали чиновников в Миссисипи, чтобы получить право на бой. В какой-то момент известный адвокат Мелвин Белли призвал Али подать в суд на штаты, которые отказывали ему в праве зарабатывать на жизнь, но Али отказался.

Когда Али отправили в изгнание, Боб Арум основал новую боксерскую компанию под названием Sports Action. Поскольку Али вынудили завязать с боксом, у Арума не оставалось причин делиться прибылью от ТВ-трансляций с Гербертом Мухаммадом и Джоном Али. Основав «Sports Action», он избавился от них. Арум попросил одного из своих новых деловых партнеров, Боба Касселя, выяснить, может ли он найти способ устроить бой Али против Фрейзера. Кассель позвонил своему тестю, который жил в Атланте, и через него связался с одним из самых влиятельных чернокожих политиков Джорджии, государственным сенатором Лероем Джонсоном, который не только был любимцем чернокожих избирателей, но также пользовался уважением за свои политические таланты среди многих белых законодателей Джорджии.

Джонсон изучил закон и обнаружил, что в штате Джорджия нет государственной комиссии по боксу и отсутствуют правила, регулирующие бокс. Это означало, что бой мог состояться в Атланте, если мэр и управление муниципальной корпорации его одобрят. Поскольку Джонсон помог мэру и нескольким членам совета избраться на свои посты, он был уверен, что сможет добиться их поддержки. Кассель и Арум предложили Джонсону все деньги от продажи билетов, а Sports Action отходила выручка от куда более прибыльных трансляций. Политическим лидерами Джонсон представил это событие как шанс показать миру, что Атланта стала одним из самых социально развитых и наименее расистских из всех крупных американских городов. Как сказал один из спонсоров матча, этот город был «слишком занят, чтобы тратить время на ненависть». Мэр Атланты Сэм Масселл был готов дать согласие при условии, что команда Али пожертвует пятьдесят тысяч долларов на одну из городских программ борьбы с преступностью. Чтобы не допустить вмешательства со стороны штата, Джонсон встретился с Лестером Мэддоксом, губернатором штата Джорджия, прославившимся как владелец ресторана, в котором демонстративно отказались обслуживать темнокожих клиентов после принятия Закона о гражданских правах в 1964 году. На посту губернатора Мэддокс удивил своих сторонников и противников, нанимая и продвигая по службе темнокожих чиновников и инициировав программу досрочного освобождения для государственной тюремной системы. Джонсон, памятуя о том, что Мэддокс ненавидел программы социального обеспечения для бедных, сказал губернатору, что бокс был единственным способом заработка для Али и боксер может оказаться на пособии по безработице, если не сможет выступать.

«Бою быть!» – объявил Мэддокс.

Чтобы доказать, что он может организовать бой Али на Дальнем Юге, не вызывая беспорядков или атак Ку-клукс-клана, Джонсон организовал показательный бой в колледже «Морхауз», где 2 сентября 1970 года три тысячи человек собрались в спортзале, чтобы посмотреть, как Али проведет восемь спарринг-раундов с тремя противниками. «Крыша не обрушилась, – сообщает Sports Illustrated. – Никто не взорвал бомбу, с неба не посыпался дождь из огня и серы, и никого не обратили в соляной столб. Даже пикета – и того не было».

Старая команда Али снова была в сборе. В его углу снова стояли Анджело Данди и Бундини Браун (последнего боксер в очередной раз простил после того, как тот заложил украшенный драгоценными камнями чемпионский пояс Али одной парикмахерской в Гарлеме за пятьсот долларов («Я ведь заложил его не в ломбард какой-нибудь, – сказал Бундини в свою защиту. – Я заложил его другу»).