Али извинялся всякий раз, когда его ловили на измене. Он плакал. Он клялся в своей любви к Белинде. И каждый раз ее сердце таяло при виде слез, катящихся по щекам этого великана, опустившего плечи и съежившегося на краю кровати. Но затем история повторялась. Временами Али был настолько черствым, что просил свою жену устраивать его внебрачные связи, бронировать номера в гостиницах для его любовниц и не беспокоить его, когда он был с другими женщинами. «А потом он сказал мне: “Я воспользуюсь этим против тебя”», – вспоминает она. Ей казалось, что, подай она на развод, Али во всеуслышание объявит, что его жена замешана в этих интрижках, практически выступив в качестве сутенера своего мужа. «Я подумала, пусть он нагуляется. Пусть он перерастет это. Через некоторое время ты устаешь от этого дерьма. Я была молодой девушкой. Я не знала, что делать… и поэтому он заставил меня помочь ему. Он сказал: “Ты должна делать все, что я тебе велю, ты моя жена. Посмотри на Герберта, у него есть женщины. Если ты будешь помогать мне, то будешь вести себя так, как не поступала до этого ни одна жена”». Он превратил это в комплимент, свидетельство ее верности, доказательство ее любви. Только самая лучшая и самая преданная жена могла бы помочь ее мужу заниматься сексом так часто, как он хотел, со всеми женщинами, которых он хотел.

«У Али была темная сторона, злая сторона, – сказала Белинда. – Он хитростью заставил меня пойти на это. Это называется манипуляция. Я еще не знала, каково это, когда тобой манипулируют… Я считала, что мой муж рассказывает мне обо всем. Я думала, что он был честным и искренним. Мне это не нравилось, но он обманом заставлял меня делать определенные вещи».

Она пыталась рассказать своим родителям, но они не поверили ей. Она не видела смысла рассказывать кому-либо еще. «Все остальные знали, – сказала она. – Они видели его, они знали Али и были в курсе его делишек. Я не могла ничего сказать людям. Я должна была держать это в себе… Мне пришлось со многим справиться в одиночку. Мне пришлось пережить это, надеясь только на себя».

В начале 1970 года, перед своим двадцатилетием, Белинда обнаружила, что снова беременна, на этот раз двойней.

28. Величайшая книга всех времен и народов

Весной 1970 года Али начал работать над своей автобиографией, разумеется, обещая, что она «превзойдет все, что когда-либо было написано».

Издательство Random House выплатило Али аванс в размере более 200 000 долларов, поручив проект одному из своих самых талантливых редакторов, Тони Моррисону. Ричард Дарем, бывший редактор «Слова Мухаммада» и писатель, который давно увлекался марксизмом, согласился написать книгу на основе серии подробных интервью с Али.

«Публика не очень много знает обо мне», – сказал Али в ходе пресс-конференции, на которой объявил о своей сделке с издательством. Поначалу это замечание прозвучало забавно, учитывая, что Али был, пожалуй, одним из самых публичных людей на планете и без остановки рассказывал свою историю с тех самых пор, как впервые прославился на Олимпийских играх десятилетием ранее. Но насколько хорошо публика действительно знала Али? Насколько хорошо Али знал самого себя в двадцать восемь лет? Кем он был? Кем он надеялся стать? Эти вопросы не просто неотступно преследовали его, как и любого другого человека – теперь эти вопросы требовали ответов в письменной форме.

Был ли он Мухаммедом Али или Кассиусом Марселлусом Клеем-младшим? Сложный вопрос. Он родился под именем Клея, а затем сменил его на Али, но за те шесть лет, что он называл себя Мухаммедом Али, он так и не удосужился официально изменить свое имя. Бумажная работа была слишком хлопотливой. Теперь Элайджа Мухаммад забрал его имя, объявив, что для «Нации ислама» Кассиус Клей снова был Кассиусом Клеем. Между тем Али продолжал называть себя Али.

Был ли он чемпионом мира в тяжелом весе? Он завоевал этот титул, одержав убедительную победу над Сонни Листоном, но боксерское сообщество лишило его короны, сказав, что мусульманин-уклонист не достоин титула. Однако чемпион продолжил называть себя чемпионом.

Был ли он боксером? Протестующим против войны? Лидером движения чернокожих? Смиренным последователем Элайджи Мухаммада? Кем он был? Чего он хотел? Как и многие, он хотел денег, внимания, секса, приключений и власти. Он хотел быть особенным в глазах людей по всему миру, особенно среди чернокожих. «Кто чемпион? – спрашивал он у слушателей, куда бы он ни отправлялся. – Кто чемпион?» Он продолжал повторять вопрос, пока хор голосов не отвечал ему нараспев: «Али! Али! Али!»