Читаем Алёна (СИ) полностью

– Вот так. Или туда или туда. Но только вместе. Я сейчас. Мне бы минутку… Вот сейчас отдохну… Вот, под луной… И поплывём… - бормотала она, погружаясь одновременно и в беспамятство и в темень воды. Всё, - поняла она. всё? Нет! - встрепетнулось сознание. Нет. Всё.

Но в это время чья-то рука подхватила и удержала и её и Фернандо. Какое это было счастье - лежать неподвижно и впитывать, впитывать, упиваться лунным светом. Сознание окрепло быстрее тела и Алёна открыв глаза, повела ими в сторону спасителя. Чудес не бывает - их держал Уго. Несмотря на прохладную воду, лицо его было покрыто потом, а серебряный цвет лунной дорожки был обильно измазал черным следом.

– У тебя всё открылось. Зачем ты? Я же даже не склеила. Только наживила. Теперь всё опять открылось, - застонала девушка, поняв, что черный след - это полоска растёкшейся крови.

– Ничего- ничего. Продержимся, - прохрипел Уго. Было видно, что и он вместе с кровью быстро теряет силы.

– Что? Что мне теперь делать с вами? - простонала Алена.

– Держаться, фея. Только держаться. Я позвал ребят. Взял мобильник у этого… Они вот- вот. Только держаться!

Экономя силы, они замолчали. Уго держался сам и помогал держать Фернандо.

– Если вдруг… Если не успеют…, - начал он, вслушиваясь в звуки порта, то знай… Я ещё никогда… не встречал…

– Шшш. Успеют. Слышишь? Уже ревут, - перебила его девушка. И действительно, рёв мотоциклов сначала воткнулся в тишину, а затем разорвал её. Видимо, Уго сообщил, где их искать, поэтому приехавшие ребята прямо с колёс бросались в воду.

– Спасена! - прошептал Уго, когда несколько сильных рук подхватили всех троих. - Жаль, не сказал. Не успел… - не договорив он потерял сознание.

Уго и Алёну вытянули быстро. И пока возились с Фернандо, отвязывая его от груза, девушка склонилась над бесчувственным старшим товарищем. Необходимо было срочно закрывать вновь открывшиеся раны. Но как только она попыталась " включить" своё поле, всё вновь поплыло перед её взором. Слишком много неведомой энергии она растратила за сегодня. И слишком мало было времени на её восстановление лунным светом. В это же время из воды вынесли и Фернандо. Шатаясь от слабости, девушка бросилась к нему. Жизнь уходила и из этого тела. Всё реже стучало сердце, всё страшнее были хрипы при редких вдохах. А она, она не могла им помочь. И вот уже начала, стоя рядом на коленях, давиться плачем невеста Фернандо. Вот, опустив руку, по которой нащупывал пульс у Уго, серьёзный парнишка с вьющимися, как у того волосами. Брат.

Н -е-е-е-е-т! - в который раз на эту ночь закричала Алёна. Она упала на колени между двух умирающих и схватила их за руки.

"Разряд!" - вспомнила вдруг она здоровенного реаниматора из областной больницы.

– Мотоциклы! Ток! Ток давайте!!!

Ребята мотнулись к своим машинам и схватились отрывать аккумуляторы.

– Заводите! Да заводите же Бога ради! - умоляла их Алёна. И через мгновенье, показавшиеся девушке годами, раздался- таки рёв движков, и к ней потянулись выдернутые провода высокого напряжения.

Трудно сказать, чего ожидали участники этой драмы. Наверное, действительно чего - то похожего на реанимацию. Но Алёна схватила эти провода и прижала к себе.

– И ты, и ты, и ты - вот сюда, - скомандовала она ещё троим, на которых не хватило рук.

Что это было? Как передать ощущение девушки? Спросите у заряжающегося аккумулятора. Или у похмельного пьяницы. Или у допингового спортсмена. Спросите у напивающегося после пустыни верблюда. Спросите у утреннего курильщика. Это, когда с каждым вздохом, каждым глотком, каждым уколом всё яснее становится мозг и взгляд, всё сильнее бьётся сердце, всё полнее разливается по сосудам и мускулам сила - силушка.

Вскоре на руках девушки появилось долгожданное свечение. Она отпустила провода и положила руки на грудь каждого из бесчувственных юношей.

– Вы держите-держите пока, - сосредотачиваясь прошептала она тем, кто питал её электричеством.

Стоящие рядом с мистическим ужасом смотрели, как дрожала и обугливалась на местах прикосновения проводов кожа девушки. Но та уже не чувствовала этого. Вначале она всё вновь появившееся поле сконцентрировала на сердце Фернандо.

– Жить! Жить! Ну же, жить! - кричала она, гладя, тормоша и покалывая своими лучами уже останавливающееся сердце. И оно подчинилось! Задрожало, набираясь сил, впитывая Алёнины лучи, напряглось, и сократилось. И расширилось. И сократилось! И начало размеренно биться. А лёна потихонечку убрала своё поле. Сердце продолжало работать.