Читаем Алекс & Элиза полностью

Он пошел, куда ноги несли. Морристаун раскинулся на пологих холмах, и уставшие конечности Алекса выбирали тропки у их оснований, избегая вершин, чаще всего приводя его к очередной ферме, поскольку дома строились выше по склонам, чтобы их жители могли наслаждаться светом солнца, легким ветерком и видом. Огромные деревья, которые не тронули, когда расчищали землю под пашню, по-прежнему стояли без листьев, но неким образом чувствовалось, что их ветви отяжелели от разбуженного скорым приходом весны сока. Они отбрасывали плотные, как покрывало, тени на пастбища и поля, залитые лунным светом и ждущие начала пахоты. Домики были небольшими, но опрятными и даже украшенными симпатичными карнизами. Несмотря на то что легкий запах древесного дыма все еще висел в воздухе, печные трубы домиков, казалось, дремлют, как и поля, в этот поздний час. В целом, эта картина являла собой образец американской основательности и практичности, и она наполнила сердце Алекса гордостью за то, что он выбрал свою сторону в войне и мог теперь защитить эту землю и ее традиции. Континент оставил на нем свой след, шла ли речь о Вест-Индии или о северных штатах, и теперь он был человеком из Нового Света, американцем до мозга костей. И даже если когда-нибудь дома станут выше и многочисленнее, Алекс надеялся, что американским городам удастся сохранить отличающие их аккуратность и обустроенность.

А что же до его надежд на будущее с Элизой, ныне счастливой новобрачной? «Разбиты. Все планы – как и чувства – растоптаны в мгновение ока. Она уже замужем, да еще и за этим кретином».

Из тени огромного клена выступила фигура. Алекс хотел было свернуть, чтобы избежать людского общества, но высокий мужской голос, не до конца избавившийся от подростковой ломкости, окликнул:

– Полковник Гамильтон?

Он смог узнать говорящего, лишь приблизившись, и тут же ощутил прилив неоднозначных чувств – смеси ревности и радости.

– Мистер ван Ренсселер, – отозвался он, – вы здесь и так поздно!

Стивен был достаточно молод, чтобы Алекс мог называть его мастер[18] ван Ренсселер, а не мистер ван Ренсселер, и говорить не «так поздно», а «когда вам пора спать», но у него сейчас не было желания поддразнивать кого бы то ни было.

– Как и вы, сэр. Идете с вечеринки полковника Ливингстона?

Алекс резко повернулся к нему, но не заметил в голосе парня даже намека на враждебность. Просто тот был еще слишком юн, чтобы понимать, как больно могут ранить его слова. Так сильно, что у того, кому они адресованы, может возникнуть желание обнажить саблю и отсечь голову говорящего.

– Да, – согласился он, – полковник Ливингстон, судя по всему, изъял для нее всю выпивку и еду в лагере. Мы с лейтенантом Ларпеном, вернувшись из Эмбоя, вынуждены были пойти туда, чтобы найти что-нибудь перекусить. А вы там были? Я вас не заметил.

Стивен кивнул.

– Странная вечеринка. Виновника торжества так никто и не видел.

«Все потому, что он уехал жениться. Хотя, скорее всего, свадьба состоялась много часов назад. И сейчас он…»

«Нет, –  велел Алекс себе, – не думай об этом. Это неблагородно с твоей стороны и тебе самому принесет лишь боль».

– Согласен, – коротко ответил он Стивену. – Но его гости, похоже, неплохо проводили время. Полагаю, им это необходимо. Зима была долгой и тяжелой, и, боюсь, весна будет ничуть не легче.

– Я тоже так думаю. Судя по всему, военные действия перемещаются на юг. Слышал, вам поручили командование Третьим Джерсийским и вы отправляетесь с ним в Чарльстон.

Алекс рассмеялся.

– Я должен быть потрясен тем, что вы знаете об этом, учитывая, что вы не солдат и уж тем более не офицер.

– Я бы пошел служить, – сказал Стивен, оправдываясь. – Папа мне запретил, но я все равно хотел пойти добровольцем. Однако, когда пришел записываться, сержанты отказались меня брать. Сказали, что деньги отца им нужнее, чем его сын. Очевидно, он отдал немалую сумму за то, чтобы сохранить мне жизнь в этой войне.

– Вы еще так молоды, мастер ван Ренсселер, – добродушно поддразнил его Алекс. – Впереди вас ждет еще немало войн. Вы вполне успеете умереть на одной из них.

Стивен рассмеялся ломким юношеским смехом, и Алекс продолжил:

– И все же я обязан спросить, откуда вы узнали о моем назначении? Хоть это и не особый секрет, но удивительно, что он так быстро просочился из круга офицеров.

– Моя невеста – дочь генерала и к тому же весьма хорошо умеет выведывать тайны даже у самых скрытных людей. Жаль, в их хранении она не так хороша.

– Что? Ваша невеста! Так это теперь официально?

Стивен шлепнул себя по щеке.