Читаем Алеет восток полностью

Момент был очень неудачным! Утром наши передовые батальоны вышли к переправе через Хуанхэ, возле впадения в нее реки Вэй. За ней лежала прямая дорога на Сиань. Мост был подорван комми, укрепившимися на том берегу — причем у них было не только стрелковое оружие, но и какое-то количество 76мм пушек и батальонных минометов. Все утро и день 28 августа прошли в артиллерийской перестрелке, форсировании реки штурмовым батальоном, и героических усилиях саперов наладить переправу и восстановить разрушенные пролеты моста. К нашему удивлению, китайцы в этот раз дрались отчаянно, фанатизмом не уступая японцам — но их было слишком мало, чтобы остановить элитную танковую дивизию. К 16 часам удалось на понтонах переправить несколько танков, после чего положение красных стало безнадежным; их артиллерия была подавлена еще раньше — проблемой было, что мы успели потратить очень много боеприпасов. К сожалению, два танка были утоплены при переправе. Вообще, на мой взгляд, в этом походе танки М46 были явно излишни — для них просто не было целей, зато их вес, 44 тонны, был чрезмерен для китайских мостов и дорог, расход топлива великоват, и ломались они гораздо чаще, чем старые добрые «шерманы». Тот, кто видел китайские дороги после дождя — поймет как нашу гордость, дотащить по ним такую массу техники так далеко и так быстро, так и наше нежелание повернуть назад, когда цель была совсем рядом.

Потому, генерал Робертсон колебался, а генерал Уокер вообще был категоричен: без прямого приказа из штаба Макартура нечего и думать об отступлении! Возможно, макаки преувеличивают, и положение не столь безнадежно? Но к вечеру 28 августа стало известно, что русские (или красные китайцы?) прорвали фронт и на нашем участке, и стремительно наступают в направлении Чженджоу! Но вместо того, чтобы разрешить нам немедленный отход, штаб сначала запросил нас о возможности помощи 82й десантной, застрявшей в Яньани в двухстах милях к северу. Чтобы свернуть туда, нам необходимо было дойти до самой Сиани — при этом мы истратим все горючее, и сами окажемся в таком же положении, не в силах помочь товарищам ничем! Робертсон отправил ответ, лишь под утро 29 августа поступило согласие. Десантники получили приказ, прорываться самостоятельно. А мы повернули назад — что было нелегкой задачей, с учетом того, что на правый берег Хуанхэ уже успели переправиться не только пехота, но и танковый батальон. При эвакуации плацдарма, еще один танк утонул — хорошо, экипаж успел спастись. В поспешном марше, мы потеряли еще одиннадцать «паттонов», поломавшихся или застрявших — чинить и вытаскивать их не было ни времени, ни возможности. И у нас оставалось недостаточно горючего, и пополнить запас было негде — возможности нашего китайского союзника были очень скромными, хотя помощь продовольствием он нам оказал.

Попытки прояснить обстановку от встреченных китайцев не дали почти ничего. Даже офицеры армии гоминьдана, впадали в панику и начинали кричать о «тысячах русских танков и бесчисленных ордах бешеных русских солдат, которые всех нас убьют» — получить же конкретные сведения, заслуживающие доверия, не удавалось.

Утром 30 августа войска моей 3й танковой втянулись в долину речки Тан-хо — где мы проходили трое суток назад! Не зная, что Синсянь и даже Чаоцу, к западу от него, уже заняты русскими.

Из туристического справочника 2012 года (альт-ист).

Памятник Председателю Мао установлен возле шоссе Сиань-Вэйнань, в 1200 метрах от южного съезда с моста через Хуанхэ — там, где в 1950 году войска китайской Красной Армии остановили американских агрессоров, рвущихся к Сиани, столице Освобожденного района.

Представляет собой бронзовую фигуру Мао-Цзе-Дуна (высота статуи 12 м), на десятиметровом гранитном постаменте. Возле ног Председателя — уменьшенная (3 м роста) статуя рядового Ван Гуя, в том бою бросившегося с гранатой под танк. У постамента установлен тот самый танк, в 1959 поднятый со дна Хуанхэ при строительстве моста. Справа и слева размещены скульптурные группы и барельефы, изображающие всех бойцов НОАК погибших в том бою (как утверждается, с портретным сходством).

Мемориал очень почитается жителями города Сиань, несмотря на неоднозначное отношение к Мао-Цзе-Дуну.

Жуков Г. К. Воспоминания и размышления (альт-ист).