Читаем Алая Корона полностью

Но что, если Бродяги-скелеты ошибались? Что если все ошибались? Что если… что если это я была предвестником Каоса, а Салайнен — той, кто должна была коснуться Мора и объединить эти земли? Что если это я должна была воскресить Древних богов, а Расмус был предвестником Каоса?

— Твоя голова слишком занята, чтобы драться, — сказал Випунен таким тоном, словно умывал руки.

— Ой, пр-р-рости, но ты только что огорошил меня информацией о том, что я наполовину богиня.

Випунен запульсировал. Исходящий от него свет начал становиться всё ярче и ярче, пока я наконец не почувствовала, что он накрыл меня, проник в меня, как будто солнце превратилось в сверхновую звезду. Но затем свет неожиданно отступил, и вернулся в своё обычное состояние.

Я опустила глаза. Нож из селенита стал горячим у меня в руке, и засиял, словно свет поселился внутри него. То же произошло и с моими руками. Они светились, точно солнце попало мне в кровь, и его лучи проникали наружу сквозь мою кожу. Я совершенно точно светилась, лучилась и сияла. Жар начал собираться у меня между лопатками, становясь всё горячее и горячее.

— Интересно, — снова сказал Випунен. — Любопытно узнать, как долго это продлиться.

Я округлила глаза.

— Что ты со мной сделал?

— Я ничего с тобой не делал. Это делаешь ты сама.

— Что за чёрт?

Я провела руками по своему телу, и свет распространился повсюду.

— Теперь людям понадобятся солнечные очки, чтобы смотреть на меня!

Но как только я это сказала, свечение начало исчезать, словно кто-то покрутил переключатель яркости на моём теле. Моя спина охладилась.

Хвала небесам.

— Тебе пора, Ханна, — сказал Випунен теперь уже устало. — Уверен, что ты хочешь поделиться новостями с Туони.

Я продолжила смотреть на свою кожу, пока она снова не начала выглядеть нормально.

— Так он, и правда, не знает?

Я приподняла одну бровь и посмотрела на свет.

— Он лишь предполагает.

Хм-м-м. Это было чертовски круто, что у меня наконец-то появились хорошие новости, которыми я могла с ним поделиться. Не сказать, что быть дочерью какой-то неизвестной Богини было так уж круто…

Ой, да кого я обманываю?

Это было, мать его, невероятно!

СУМЕРЕЧНАЯ СУЩНОСТЬ

Ханна

Я выскочила из пещер, словно ребёнок, который налопался именинного торта и теперь собирался покататься на пони. Ловия, как всегда, ждала меня снаружи, сидя на своём коне и держа Холодного месяца за узду. Иногда я задавалась вопросом — что она делала тут, пока ждала меня? Ведь у неё даже не было чего-нибудь вроде айфона, чтобы скоротать время. Хотя её, похоже, вполне устраивало просто смотреть вдаль, потерявшись в своих мыслях. Всё-таки по сравнению с людьми боги лучше людей умели жить.

Она посмотрела на меня и приподняла бровь идеальной формы. Сегодня её светлые волосы были заплетены в идеальные высокие косы.

— Я так понимаю, сегодня всё прошло хорошо? — спросила она.

— Это точно, — сказала я, с лёгкостью оседлав Холодного месяца и взяв в руки поводья.

Мой меч остался в пещере, а маску я забрала с собой, и теперь она висела у меня за спиной. Мой чудесный нож из селенита был надёжно спрятан в чехол.

Ловия оглядела меня, поджав губы.

— Ты как будто изменилась.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Я только что узнала одну очень важную вещь, которая является частью головоломки.

— Не знаю, о какой головоломке ты говоришь, но давай рассказывай, — сказала она, и её взгляд заплясал вокруг, когда мы двинулись в сторону замка лёгкой рысью.

— Я богиня, — сказала я с триумфом в голосе, мои волосы развевались у меня за спиной.

Направляясь в сторону величественного силуэта своей крепости, я как никогда ощущала себя Богиней.

— Ты это только поняла? — спросила Ловия.

Я засмеялась.

— Да. Потому что я не просто наречённая Богиня. Я такая же Богиня, как и ты.

Я взглянула на её растерянное лицо.

— Моя мать мне не родная. Моя мать — Богиня.

Ловия потянула за поводья, заставив своего коня пойти шагом, и я сделала то же самое.

— О чём ты говоришь?

— Випунен только что мне рассказал. Моя мать — Богиня. Даже твой отец понял, что я не совсем смертная, только он не мог это доказать, но Випунен только что это сделал.

Она нахмурилась ещё больше и снова оглядела меня.

— Мы… сёстры?

Я покачала головой.

— Нет, хвала небесам.

Она приподняла подбородок, и выражение её лица стало каменным.

— Прости, — продолжила я. — Иногда я забываю, что ты дочь Лоухи. И нет, она не моя мать. Правда, это всё, что я знаю. Мы не знаем, кто моя мать.

Ловия размышляла над моим комментарием по поводу Лоухи дольше, чем я предполагала. Так долго, что лёгкий морозец коснулся воздуха вокруг нас, а у меня изо рта начал вырываться пар. Хм-м-м. Я уже начинала думать, что Ловия могла унаследовать некоторые качества от своего отца.

— Мне сложно поверить в то, что Випунен не знает, — сказала она, наконец.

Её тело слегка расслабилось, а морозный воздух рассеялся.

— Он знает всё.

— Я в курсе. Он заявил, что мне важно узнать об этом самостоятельно. Сказал, что это спасет мне жизнь.

Она закатила глаза и одарила меня полуулыбкой.