Читаем Ах ты... дракон! полностью

По предписанным правилам вопрос полагалось дополнить подобающими изъявлениями верноподданности, но на сей раз привычной формулы не последовало. Господин Поднятый правитель города изволил смотреть куда-то в пляшущее пламя обогревателя (была у него такая привычка) и помалкивать.

Помощник немного подождал, не дождался и, кажется, решил «не заметить» начальственного промаха. В конце концов, все могут устать. Усталость — она ведь не является привилегией работников, к каждому явиться может. Хотя отсюда она, кажется, уже и не уходит…

— Это обычный запрос, господин Поднятый правитель города. Насчет податей.

Бывали в жизни такие минуты, когда господин правитель города совершенно явственно ощущал себя не человеком, а змеей. И не обычной гадюкой, а злобным ядоплюем с Диких Островов. Сейчас, к примеру, яду у него хватило бы сейчас на целый змейник!

— Разумеетссся, — совершенно по-змейски прошелестел его собственный голос. — На город может надвинуться ураган и нахлынуть наводнение, на него могут налететь драконы и дикая магия, но подати — это вечное, неотменное и ниспосланное Пятью богами. Лично и при свидетелях.

Воцарилось неловкое молчание.

— Господин?

— И почему эта связная шкатулка не сломалась при драконьем налете?

— Потому что у нее запас прочности, господин?

— Жаль, что у нас его нет…

И снова перед глазами — пламя, бесконечно танцующее в обогревателе. Пламя не устает, у него не висит на плечах закрытый город и больше тысячи вельхо-дичков. У него нет на руках драконоверьей общины, которую надо оберегать, и для которой он остается неизвестным чужаком, врагом из врагов, ведь про него-настоящего знают лишь двое из собратьев. Пламя не должно держать в голове связи с другими общинами и множество паролей, у пламени нет бессонных ночей над расшифровкой сообщений. Пламя питают, оно может не бояться, что его погасят, ему не дышат в спину временные союзники из так называемой Руки, вышестоящие, отслеживающие его промахи, ищейки из Круга — и любая ошибка будет стоить жизни не только ему.

У пламени не выходят из-под контроля непрошенные магические способности.

И собственный помощник едва ли пишет на него доносы.

Впрочем, у пламени нет помощников.

Он просто устал, вот и думает неизвестно что…

А сейчас это непозволительно.

Он потер ощутимо болевшие глаза. Помощник никуда не ушел, он все также стоял у стола со своими записками и смотрел все так же прямо.

— Да, господин Поднятый правитель города. Жаль, что у нас его нет. Знаете, мне, к примеру, стало намного сложнее работать…

— Неужели?

— Увы, господин. Должен признаться, что тот драконий налет сказался на мне довольно печальным образом: начались проблемы с памятью.

Довольно неожиданный поворот.

— Как досадно…

— Несказанно, господин Поднятый правитель города, — лицо помощника было совершенно невозмутимо. — Порой это крайне неприятно: к примеру, из памяти изглаживаются крайне необходимые вещи… иногда даже подробности разговоров! Увы, даже ваши слова. К примеру, вы вот только-только изволили в таких лестных выражениях отзываться о вышестоящих и вышеподнятых — а я, при случае, даже не смогу привести подробности ваших похвал!

Правитель порадовался, что в настоящую минуту ничего не держит в руках. А пил бы — так и вовсе поперхнулся бы. Похвалил вышестоящих, значит. Он. Если это не предложение мира, то…

Как любопытно.

— Что вы говорите? Как обидно!

— Чрезвычайно. Но, надеюсь, вы простите мне этот недостаток? Я постараюсь, чтобы он не сказывался на моей работе.

Двое мужчин смотрели друг на друга. Пламя одобрительно потрескивало.

— Говорят, при сем недуге весьма помогают записи, — на пробу сказал глава.

— Говорят. Но если я забуду внести туда необходимое?

— Тогда оно не столь уж необходимо… возможно?

— Я бы мог приносить свои записи вам… чтобы вы решили, что именно необходимо, и добавить недостающее. Или вычеркнуть.

Глава города снова потер усталые глаза. Порой общепринятая среди Поднятых и Возвышенных велеречивость его даже забавляла. Она была даже полезна — помогала вот так вот спрятать намек…Но не сейчас, когда после сумасшедшее переполненного дня раскалывается голова и глаза болят, будто по ним хлестнуло соленой водой. Сейчас бы хотелось, чтобы выражались попроще.

Как бы это звучало?

«Да, я пишу на вас доносы. Но могу прекратить или писать то, что нужно вам. Хотите?»

Нет, попроще определенно не годится. Хотя…

— Вы предлагаете мне одобрять вашу переписку? — усталое сознание наконец нашло более-менее подходящую формулировку.

— Некоторую, — помощник так же легко перешел на простой и понятный язык. — Ту, которую я должен отправлять раз в луну. В…

— … одно из отделений Нойта-вельхо. То, что отслеживает положенье дел в Пригорье. Я понял. — Вы поистине бесценный человек, Саюри. Даже ваше нездоровье приносит пользу.

— Благодарю, гос…